— Это называется актёрской игрой, Селена, дорогая. Мы не можем подбирать каждому роль, в которой он будет играть самого себя.

— Я знаю! Правда знаю. Просто боюсь, что мне не поверят. У меня… у меня здесь не лучшая репутация. — Я осеклась, чувствуя, как подступают паника, вина и липкий, мучительный стыд.

— Селена. Мы выбрали тебя на роль Геро, потому что увидели в тебе удивительную уязвимость, и ты не побоялась её показать. Ты очень точно почувствовала Геро. Да, в начале она невинна и наивна, но это не делает её слабой. В её уязвимости есть сила. Она хрупкая, но не ломается. И я думаю, ты способна показать это лучше всех, кто приходил на прослушивание. Я понимаю, роль большая и может пугать, но мне правда кажется, что ты сможешь сделать её особенной.

— Я… я могу вас подвести, — призналась я. — Всё испортить для остальных.

Режиссёр Чо взяла меня за руку и мягко сжала.

— Я готова рискнуть.

Она легонько похлопала меня по руке и ушла.

Я могла догнать её. Могла настоять на своём. Но не хотела. Где-то глубоко под страхом жила надежда, что она права. Мне хотелось попробовать.

— Надо отметить! — Аиша подбежала ко мне по коридору. — Что будем делать?

— М-м-м, сходим в кофейню?

— И это ты называешь праздником? О! Придумала… В старом кинотеатре сегодня показывают «Шоу ужасов Рокки Хоррора». Давай нарядимся и пойдём!

Я вспомнила Броуди и его «правила» насчёт моих выходов из дома. Но что, чёрт возьми, он мог иметь против похода в кино?

— Ладно, давай. Будет весело. Может, ещё кого-нибудь позовём?

— Я напишу Лили и Еве. А ты позови Уинтер, хорошо? У меня там подруга работает, она всегда может достать нам билеты.

— Отлично, договорились.



Кинотеатр полностью оформили в стиле «Шоу ужасов Рокки Хоррора». А теперь, когда моя одежда снова была у меня, собрать подходящий образ не составило труда.

Аиша и Лили выглядели потрясающе в корсетах и шортах, с тёмно-красной помадой на губах. Уинтер и Ева в своих костюмах тоже были сногсшибательны.

Мы смеялись, подпевали песням, а когда вышли из кинотеатра, я чувствовала себя легко и беззаботно. Приятное ощущение. Я не заслуживала дружбы большинства этих девушек, но они всё равно принимали меня. Единственное хорошее, что я могла вынести из случившегося со мной, — с меня раз и навсегда слетели шоры заносчивой стервы. Когда эти добрые, умные девушки переживали за меня, хотя я совершенно не заслуживала их участия, я наконец поняла, какие они замечательные и какой жалкой была я сама. Мой мир расплавился в горниле обожжённой кожи и жестокого смеха, а потом собрался заново.

Сейчас я была сплошным хаосом и беспорядком, просто цеплялась за жизнь когтями и зубами, пытаясь выжить. Но теперь я понимала, что правильно, а что нет. Наконец-то дошло. То, что остальные усвоили ещё в детстве, мне понадобилось почти двадцать лет, чтобы понять.

— Это было потрясающе, — вздохнула Аиша и посмотрела на часы. — Ещё слишком рано расходиться по домам. Мы ведь празднуем!

— Но фильм уже закончился, — заметила я. Мне ужасно хотелось вернуться домой и спокойно проверить телефон. Последнее, что я слышала от Броуди, — он заявил, что возвращается. С тех пор прошло больше суток, и от него ни слова. После того, что между нами произошло, с видео или без, при одной мысли о нём внутри всё завязывалось узлом. Такого из-за парня я не чувствовала… кажется, вообще никогда.

— Давайте в бар! — предложила Ева, заглянув в телефон. — Я случайно знаю, что несколько Геллионов сейчас совсем рядом.

— У тебя поддельное удостоверение? — спросила я.

— Мне уже двадцать один, — рассмеялась она.

— А, точно. Мне тоже. — Я никак не могла привыкнуть к мысли, что, пока меня не было, жизнь здесь продолжалась. Теперь мои подруги учились на третьем курсе, и им был двадцать один. Мне тоже, вот только до третьего курса я не добралась, потому что в Калифорнии вообще не занималась учёбой.

— Нуууу, тогда идём!

— Идём, — поддержала Лили. — Будет весело.

— Хочешь увидеть, как Кейден потеряет голову, когда увидит тебя в этом наряде? — поддразнила я её.

Она рассмеялась, и её веснушчатые щёки порозовели.

— Уверена, он даже не заметит.

Я улыбнулась.

— Ну да, конечно. Думаю, едва мы придём, вас всех тут же растащат ваши парни. — Я взяла Аишу под руку. — Мы останемся последними свободными женщинами.

— Ладно, идём. Я тебя не брошу… потому что у меня нет парня, — вздохнула она.

Она была такой весёлой и жизнерадостной, что мне не хотелось отправлять её домой, когда ей так хотелось отпраздновать.

Мы пошли по тёмным улицам, хором распевая песни из фильма, и через несколько минут добрались до бара. Маленькое неприметное заведение. Максимально близкое к настоящему дайв-бару из всего, что можно было найти в центре Хэйд-Харбора.