Вега вздрогнула, когда кинутая Тианной пепельница врезалась в кухонный островок; окурки рассыпались по полу.

– Слушай, когда я говорю! – крикнула Тианна, заметив, что Вега попыталась отключиться от потока её ярости.

– После еды я сделаю тебе одну инъекцию и поставлю капельницу, если обещаешь угомониться, – ровно предупредила Вега.

Тианна замерла с раскрытым ртом, её глаза полыхали презрением, но новых оскорблений не последовало. Она наверняка надеялась на капельницу, но в то же время ненавидела, потому что лишь Вега могла её поставить. Она позаботилась о том, чтобы в этой квартире не оставалось раствора.

В тишине Вега протянула Тианне ложку и контейнер с едой: рис с жареным мясом и несколько закусок. Ложкой справится. Будь там хоть паста, вилку ей Вега бы не дала. Сердце подскочило к горлу от дурного предчувствия, что весь рис сейчас полетит ей в лицо, – в какой-то миг она действительно прочитала такое желание в глазах Тианны, но в итоге подруга до скрипа сжала челюсти и забрала предложенный ужин.

Она начала есть, сперва то и дело бросая на Вегу раздражённые взгляды, чтобы напомнить о своей ненависти, но затем перешла к демонстративному равнодушию. Вега тем временем молча поставила ей стакан лимонада и аптечку и принялась убирать бардак. Она успела смести осколки фоторамок и одной кружки, собрала недоеденную еду, а увидев разбитое зеркало в ванной, содрогнулась.

Опустевший контейнер Тианна пренебрежительно швырнула к остальному мусору на столе. Вега проглотила замечание, зная, что подруга ведёт себя как стерва намеренно. Знакомая ей Тианна была доброй, оптимистичной и скромной. Вега игнорировала горечь от пугающего шёпота в голове, убеждавшего, что она обманывает себя и та Тианна умерла четыре года назад, а Вега пытается удержать изуродованную оболочку.

Нет.

Ей был дан выбор, и она предпочла бороться за Тианну. Она не имеет права сдаваться. Нынешний провал – очередное падение, но победы достигает не тот, кто не падает, а тот, кто не сдаётся.

С гримасой отвращения, но молча Тианна позволила проверить свои ступни и обработать порезы. Вега тоже держалась напряжённо, помня старые ошибки, когда Тианна выходила из себя внезапно и её пятка летела Веге прямо в челюсть. Теперь она была настороже. После подруга гордо прошествовала в спальню, руку для иглы она давала покорно, ожидая свою любимую часть. Вега подавила внутреннее сопротивление: она всё делала правильно, приступ уже произошёл, и придётся вновь начинать сначала, – но не могла не ощущать гнетущего разочарования, будто своими руками уничтожает все достижения, вкалывая инъекцию Тианне в плечо. Одна из разработок Маттео с примесью плазмы представителя Дома Соблазна. Маттео всю жизнь посвятил изучению и составлению новых медицинских препаратов, экспериментируя со всевозможными ингредиентами, включая кровь представителей разных Домов. Разумеется, в процессе получалось всякое: от полезных медикаментов до смертельной отравы. Маттео не стремился разрабатывать опасные стимуляторы, но Лино возможную прибыль не упускал и реализовал всё, что у брата получалось интересного и имело потенциал. С появлением Элиона и Кая Лино пришлось поумерить свои аппетиты, и прежние дела если и велись, то максимально скрытно, а большую часть сил он бросил на легальные медицинские инновации. Однако Маттео продолжил эксперименты в своей лаборатории.

Этой сыворотки она украла у Маттео всего четыре шприца, в глубине души надеясь, что они не понадобятся никогда, но, к несчастью, предчувствие не ошиблось. Напряжённые мышцы лица Тианны расслабились, на губах заиграла знакомая улыбка, делая её наконец похожей на саму себя. Взгляд смягчился.

– Я была резка, – признала она.

Это ещё не извинение, но эйфория совсем скоро её настигнет, и из свирепости и гнева подругу бросит в другую, не менее лживую версию себя, где она будет извиняться, задабривать Вегу ласковыми словами и мольбой, лишь бы в будущем получить больше инъекций.

– Всё в порядке, – отреагировала Вега, понимая, что в ближайшее время вряд ли увидит настоящую Тианну.

Вега поставила ей капельницу, которая смягчит действие инъекции и продлит её эффект на несколько недель. Тианна, счастливая, свернулась под пуховым одеялом и довольно быстро уснула с блаженной улыбкой на губах.