Альф остановился у западных ворот и поднял одного из каменных драконов. В его руке тот был не больше воробья. Резьба была грубой, выполненной каким-то мастером, который никогда не видел Некрад, но работал по эскизам и подслушанным рассказам. В углублениях его раскрытой пасти рос зеленый мох. Он бросил его на траву — они даже грязь не смогли правильно изобразить —и сделав десяток широких шагов, пересек Гарнизон и спустился по дороге Харадрума прямо к центральному кругу, где его ждали трое юных искателей приключений.

Джон широко раскрыл глаза, увидев Альфа. Воин был залит кровью с головы до ног, каждый дюйм его тела был покрыт запекшейся кровью. Только черный меч оставался нетронутым. Селемос сглотнул и отошел с наветренной стороны от Альфа.

«Сколько, — выдохнула Серлис, — ты убил?»

«Неважно», — ответил Альф.

«Железная Рука поехал прямо в Королевскую Крепость». Серлис поскребла ножом Ильдорэ модель Башни Плача. «Он пригрозил лордам, и они сразу же сдались. Они приказали отступать, чертовы трусы. Мы видели, как мимо проезжали их гонцы». Она покачала головой. «Если бы я знала, то бы всадила стрелу в одного из них».

«Убийство одного не остановило бы всех», — крикнул Селемос. Он был на окраине города, недалеко от дворца Оракула. Все они выглядели как нелепые великаны, когда передвигались по модели.

«Я знаю! Но Альф выиграл эту кровавую битву! Если бы лорды отказались сдаваться, если бы они продолжали сражаться, мы бы разгромили армию Железной Руки. У него оставалась лишь горстка рыцарей, и он застрял бы в Королевской Крепости».

«Он бы убил лордов», — сказал Джон.

«К черту лордов».

«Немногие имеют мужество выбрать смерть, — сказал Селемос, — даже когда жизнь означает отказ от всех убеждений». Он перешагнул через дом Америт и присоединился к остальным у Башни Плача.

«У него есть и другие заложники, — напомнила Пердия, — и эти несколько рыцарей могли предать мечу полгорода».

Серлис обернулась к Лаэрлин. «Ты говорила, что он не сможет проследовать за нами по Прямой Дороге!»

«Он не должен был смочь. Чтобы открыть путь, нужно было знать магические символы моего отца, а он держал их в секрете. Я дочь Эрлкинга и знала лишь малую толику его секретов. Мой брат Маэдос знал больше всех, но отец многое скрывал даже от него».

«Так как же…»

«Ольва и дварфийка Торун прислали нам ответ на эту загадку».

«Эрлкинг», — сказала Пердия. «В письме было спрятано слово «Эрлкинг». Возможно, в шифре было еще что-то, но мне пришлось бежать, прежде чем магистр Элдвин закончил его расшифровывать.

«Что это значит, Лаэ?» — спросил Альф.

«Это значит, владетель, что Эрлкинг бежал из умирающего Эвервуда, чтобы укрыться в Дварфхольте. Что Идмаер Железная Рука — обманутый чемпион Эрлкинга. И, главное, владетель, это значит, что ты не должен был останавливать меня двадцать лет назад». Глаз демона вспыхнул. «Ты больше не повторишь ту же ошибку».

Лаэрлин села на крышу дворца Лорда Боуна. «Меч прав. Я думала, что безумие Идмаера - всего лишь незаживающая рана, одно из бесчисленных увечий, которые мой отец нанес миру. Но нет – это еще один из его замыслов».

«В Некраде, — сказал Селемос, — они проклинали его имя и называли обманщиком и тираном. Тысячи лет старейшины воевали против него. И все же, когда пришла весть о том, что Эвервуд уничтожен, а Эрлкинг свергнут, радости было мало. Старейшины говорили только о давних временах, когда они провозгласили его Некоронованным Королем за его гениальность. А молодые эльфы, мои родители и их поколение, пришли в ужас от известия о победе. Они так долго жили в борьбе, что не знали, чем себя занять, когда не защищались от бесчисленных приспешников Эрлкинга». Он снял свой шлем и уставился на него. «Я не понимаю свой народ».

«В легендах говорится, что Альф убил его», — сказала Серлис.

Модель изображала Некрад в его расцвете, таким, каким он был в день, когда Альф впервые его увидел. До осады и оккупации, до Гарнизона, Вольностей и Санкции. До того, как они взорвали тот дворец с Пейром и лордом Боуном внутри.

До того, как они раз и навсегда победили зло и спасли мир.

Альф оперся на черный меч, чтобы не упасть.

«Это был не я», — пробормотал он. «Это был Бор».

«Ты помешал мне убить короля», — возразил меч.

«Почему ты пощадил его?» — спросила она.

«Ах, все было не так. Я... он сказал, что положит конец войне, принесет мир в Саммерсвелл, если я буду служить ему. Он избавится от лордов и сделает Лаэ королевой. А я стал бы королем или чем-то в этом роде. Меня тошнило от убийств, так что... это казалось лучшим выходом. Конечно, мы все равно продолжали бы служить ему. И он также сказал, что когда-то он создал человечество. Создал нас из ничего, чтобы поймать Смерть, да? И если бы я убил его или воспротивился ему, он бы отменил заклинание, и мы все просто... исчезли бы».

«И ты ему поверил?»

«Тогда я не была уверена», - сказала Лаэрлин, подходя и становясь рядом с Альфом. «Но теперь уверена. Победа тогда была бы катастрофической. Я всю свою жизнь изучала работы своего отца, Серлис, и теперь знаю, что он не лгал в тот день. Если он погибнет, если его заклинания будут разрушены, все люди погибнут».