Поначалу я шла бодро, держала Дрока за локоть и старалась подстроиться под его широкий шаг. Мы шли закоулками, где нам не встречалось ни одной живой души, а на улице стремительно темнело. Я чувствовала холод и начинала подозревать, что там, куда мы идем, согреться не получится.

– Почему так холодно?

– Королевство находится севернее. Зима сюда приходит быстрее, чем в наши края, – объяснил Дрок. – Жаль, сумка осталась под лавкой. На непредвиденные случаи у меня всегда есть много заготовок.

– Я ее забрала из купе, – сказала и побоялась, что не смогу договорить под пристальным взглядом, в котором сквозила то ли надежда, то ли другое похожее чувство. – Она вместе с железной корзиной и сеткой спрятана в моих часиках…

Вздох разочарования прозвучал то ли от Дрока, то ли с моей стороны. Это в принципе было неважно, раз мне нельзя использовать магию и достать сумку из загажника. Уж как-то слишком тяжело я в этот раз попала. Хотя… нас ведь до сих пор не обнаружили и не арестовали, как шпионов. Во всем можно найти положительные стороны.

Дома закончились, и нам предстояло пройти достаточно большое расстояние по открытой местности. Я видела вдалеке маленький силуэт часовенки, до которой нам предстояло дойти. Я не разбиралась в религиозных постройках, но, как мне казалось, церквушка должна быть размером побольше.

Мы стояли, прислонившись к стене дома, и ждали, когда стемнеет окончательно. Показываться на глаза погончим, делающим вечерний обход, было бы крайне глупо. В конце концов, мы одеты в черную униформу имперских стражей, а у Дрока еще и черная коса заплетена. Комбо отличительных черт!

– Нельзя надеяться на того старика. Только на себя, – прошептала я и повернула голову к Дроку. – Есть какой-нибудь другой выход? Мы далеко от границы между государствами? Или империя и королевство не имеют общих границ?

Дрок устало, с ноткой обреченности, усмехнулся.

– Если бы не было общих границ, не было и проблем. Королевство славится своими ремесленными товарами, а выхода к морю не имеет. Император, как никто другой понимает выгоду, и задирает пошлины на провоз и пользование водными переправами. Почти двадцать процентов дохода казны исходит от торговых пошлин королевства и других соседних стран.

Ясно. Во всем виноваты деньги, как обычно. Значит, империя и королевство недолюбливают друг друга с одной стороны, а с другой поддерживают торговые отношения. Какое милое политическое лицемерие. Но почему тогда Дрок настолько боится, что нас обнаружат?

Или за спиной у «официального лица» творится беспредел? Дроку лучше знать, как относятся к чужакам в королевстве… и в империи. Не стоило обелять руководство и исполнителей одной страны только потому, что мне предстояло жить в ней до конца дней своих.

Но я не смогла не спросить, хотя понятия не имела, кто дернул меня за язык:

– Тебя держали как пленника? Допрашивали? Пытали?

Ответ я получила далеко не сразу. Сначала Дрок молчал, призадумавшись. Вспоминая о прошлом, он посерел лицом и, мне показалось, даже посинел слегка. Но это была просто игра сумеречного света на его лице. Зря я, наверное, спросила у него. Но мне нужно было знать, что меня ждет в случае провала. Неизвестность пугала больше, чем известные ужасы.

– Они сразу поняли, что я не последний человек в империи. Хотели знать о новейших разработках… после того случая я ушел в канцелярию и занялся внутренней безопасностью. Дал слабину, – горько усмехнулся он. – В моих руках был весь мир, а я…

– Прости.

– Забудь.

Я будто в мыслях слышала продолжение истории, хотя придумала ее сама. Но это было так просто, логично и я бы сказала, что даже типично. «Я был молод и глуп. Рвался в бой. Не думал о последствиях. Победы подогревали во мне азарт, а адреналин подбивал на новые свершения. Я знал, что мне все по силам и нет ничего, с чем бы я не смог справиться».

– Идем, – прошептал Ведас и двинулся вперед.

Он все еще держал меня за руку, хотя я совершенно забыла об этом. Но я рада, что мы вместе, а не по одиночке. Страшно подумать, что бы было, если бы портал раскидал нас далеко друг от друга. Я бы не смогла определиться в ситуации, Ведас – взять себя в руки и подавить эмоции. Клянусь, он сделал это только потому, что не мог оставить меня на погибель. Сам он вряд ли смог так быстро сориентироваться.

Дождь застал нас примерно на середине пути. Земля под ногами мгновенно превратилась в грязевое месиво, и у меня соскальзывали ноги. Погост, как оказалось, располагался в низине, и в один момент я поскользнулась на грязи, упала и покатилась вниз. Заодно и не устоявшего на ногах Ведаса за собой потащила.

Наконец скольжение остановилось. Мне было смешно, потому что я привыкла: сейчас встану и поду домой мыться и греться у батареи. Если все равно будет холодно, включу обогреватель. Но дома здесь не было, как не было и обогревателя в той часовенке.

– Вставай! – приказал Ведас. – Дождь усиливается, а мы еще не дошли!