— Умница! — похвалила ее. — Вы оба — молодцы. Возвращай прежнюю форму!

Таковы правила. Я не могла пока дать им разрешения на полет. Только перед полосой препятствий.

И надавила силой, понимая, что Ламею охватила эйфория. Ей хотелось летать. Вот о чем шла речь, когда феникс напоминал о контроле. Мои силы тоже не безграничны. А впереди еще десять желающих обрести иллами. Я бы не хотела упасть от истощения на песок еще до прохождения всеми полосы препятствий и не завершить ритуал. Это меня убьет,

— Меняй форму! — снова крикнула я и пустила свой туман.

Мгновение — и на песке опять лежит девушка. Тяжелое, с хрипом дыхание, но какая шальная улыбка на ее губах!

Покачиваясь, она поднялась и низко мне поклонилась. Вот не до реверансов сейчас!

Ламея медленно побрела на свое место в круге.

— Получилось, — выдохнула я, снова ныряя в другую реальность. К морю…

Искать очередного иллами для нового претендента.

И почему-то не удивилась, когда поняла, кто должен стать иллами Абры. Наверное, это было само собой разумеющееся, учитывая его тягу к земле и растениям и на самом деле мягкую натуру в могучем теле. Так бывает, что внутреннее содержание не соответствует внешности. Я его даже немного пожалела. Чуть-чуть. Но иллами тьмы ему достался шикарный.

Да, Абра тоже обладал тьмой. Но смерть, по словам феникса, неразлучна с жизнью. А посему… Не было сомнений, когда я тащила в центр это существо. Как и не было сомнений, кто его обладатель. Мне хватило восхищенного вздоха и сильного желания, импульса желания от Абры.

Он хотел такого иллами и мечтал о нем. И почему бы и нет?

У меня же феникс? Значит, и у него не обязательно должен быть дракон. А папашка пусть утрется. Планы на Абру точно не оправдаются. Не быть ему главой рода.

Я усмехнулась мыслям девушек, которые решили, что призванный иллами тьмы достанется кому-то из них двоих.

— Абра! — громко позвала я, когда все налюбовались нимфой в центре круга.

Как же вытянулись лица присутствующих! Даже комиссия меньше удивилась дракону и девушке, чем нимфе и Абре. А вот такой выверт. Что поделаешь.

Его превращение прошло гораздо спокойнее и легче, чем у Ламеи. Но и он сумел меня поразить: вместо нимфы женского пола превратился в мужика. Однако в том, что перед нами именно нимфа, сомнений не было.

Так же легко он вернул прежнюю форму и, низко поклонившись, вернулся на свое место.

Мне ни подбадривать его, ни помогать ему не пришлось. Вот что значит счастливый человек. То, о чем втайне мечтал, то и получил. А мой выбор отец оспорить не сможет.

До меня только сейчас дошло, что я могу проигнорировать желания кандидата и дать ему совсем не того иллами, на которого тот рассчитывает.

«Именно, — усмехнулся феникс. — Иногда это необходимость, ведь желания могут быть порочными и несущими хаос».

«А у тебя тоже глаза теперь мои, зеленые?» — вдруг вспомнилось мне.

Мне нравились синие очи моего иллами, и было бы жаль, если они изменились.

«Нет, ты не подчиняла меня полностью. А Ламея подчинила, тот дракон иначе бы не смог».

«Ясно. Поторопимся?»

«Верно, у нас еще девять иллами не обрели своих хранителей».

Третий раз дался куда легче первого. Очередной дракон, но уже с красной шкурой и несколько меньше того, что достался Ламее. Обладателем этого иллами тьмы стал Турарг, и слишком счастливым не выглядел, да и повозиться ему при обращении пришлось. Ничего, думаю, этот иллами поможет ему избавиться от завышенной самооценки.

Катая, одна из оставшихся девушек, тоже получила дракона, еще меньше, чем у Турарга, но осталась довольна выбором.

Младший брат, он же Шалопай, как его я окрестила, получил сильфа. Иллами с темным пламенем. Как он ему радовался!

Я добродушно ухмылялась, глядя, как этот проказливый парень выполняет превращение. И, видимо, лишь я чувствовала недовольство Марса, все также нависшего над моей головой.

Вообще, нашел чему удивляться. Я не воспитывалась под его хищным надзором, и пусть мой феникс мне объяснил, что наследник старается выбирать только ту сущность, которой благоволит род, я решила руководствоваться чувствами самих претендентов и иллами. Их совместимостью, как магической, так и характеров. Потому что все остальное — это издевательство, что над иллами, что над магами.

Поэтому, когда я вновь нырнула в другую реальность — туда, где уже не бушевало море, а нежно ластилось, — выбору крови последнего братца не удивлялась. Впрочем, я не верила, что это существо отзовется. В первые разы оно не пришло. Зато вот сейчас вылезло.

Считай, почти дракон. Почти. Всего лишь василиск. Но каков красавец! С изумрудной чешуей. Исследователь, он же Гекхар, будет в восторге.

И я не ошиблась. Парень, а на вид мужчина тридцати пяти земных лет, чуть ли не подпрыгивая, шел в центр круга, желая слиться со своим иллами.