— Почему бы и нет? Тяжёлая выдалась ночка?

Вместо ответа Лэйтон передёрнул плечами, опустился на стул и устало потёр глаза. Я отправила в рот дольку апельсина и продолжила беззастенчиво рассматривать мужчину напротив. Супруга? Несостоявшегося мужа? Сожителя? Кто мы теперь друг другу? Должна ли я что-то сказать? Или сделать вид, что ничего не было?

— Я собрала вещи, — сказала первое, что пришло в голову. — Как ты и просил.

Враньё, ничего я не собирала. Просто прощупывала почву.

Лэйтон отнял руку от глаз и растерянно на меня посмотрел. Отложила апельсин и сделала глоток чая. Внезапно мужчина резко поднялся, подошёл ко мне, развернул мой стул и упал на колени. В его глазах было столько боли, что я даже растерялась. Затем услышала:

— Прости меня, Ангелина. Прости. Видишь, что ты со мной делаешь, я сам себя не узнаю. Я не хочу, чтобы ты уезжала. Прости за вчерашнее.

В его глазах стояли слёзы. Мужчина склонил голову мне на колени, пряча их. Я растерянно хлопала глазами, не веря в происходящее. Лэйтон Стилл в день первой встречи, когда он смотрел на меня, как на грязь. И Лэйтон Стилл сейчас передо мной на коленях, совершенно раздавленный. Мог ли это быть один и тот же человек? Немыслимо.

Как бы то ни было, сейчас он был искренен. Теперь я видела его настоящим — обычного человека, которому плохо от неразделённой любви, который так же несчастен, как и я. Мы с ним два одиночества, оказавшиеся вместе. От обиды и злости не осталось и следа.

Не веря, что делаю это, осторожно перебрала пальцами его волосы. Неожиданно мягкие и ответила тихо:

— И ты меня прости. Я не должна была говорить того, что сказала. Я перенервничала, была напугана, и… я очень хочу тебя полюбить, Лэйтон. По-настоящему, понимаешь, хочу чувствовать то же, что и ты. Но мне нужно время.

Осторожно подняла его голову и тоже опустилась на колени рядом с ним. Прикоснулась ладонями к его щекам, и сказала шёпотом:

— Пожалуйста, дай мне ещё немного времени. И я приду к тебе сама, обещаю!

Вместо ответа Лэйтон притянул меня к груди и погладил по голове. Мы простояли так на полу несколько минут. Я слушала, как бьётся его сердце. И впервые мне было тепло и спокойно в его объятиях.

Рэйнер.

— Рэйнер, посмотрите, я всё правильно делаю?

Внезапный возглас невесты вырвал меня из собственных мыслей. Обернулся, чтобы увидеть, как Глория воссоздала на ладони разящий огненный шарик. Слабенький и неказистый. Снисходительно улыбнулся:

— Вы всё делаете великолепно. Единственное, — подошёл со спины, левой рукой придержал снизу её локоть, а пальцами правой руки выпрямил её безымянный палец и мизинец, — для того, чтобы стихия огня отозвалась лучше, следует держать эти два пальца максимально прямо. Это позволит увеличить мощь разящего шара.

— С ума сойти, как интересно, — девушка ловко повернулась, оказываясь лицом к лицу со мной и призывно подняла глаза.

Этого ещё не хватало. Шагнул назад, убирая руки за спину, и сказал:

— У вас хорошие способности. Регулярные упражнения помогут наработать технику.

Но девушка снова шагнула вперёд, сокращая расстояние.

— Я очень надеюсь, что у меня будет опытный учитель.

Едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Серьёзно? Я что, мальчик, чтобы купиться на этот дешёвый цирк соблазна? Ответил, конечно, другое:    

— Разумеется, дорогая. Давайте-ка вы ещё потренируетесь.

С облегчением заметил, что Глория от меня отстала и сосредоточилась на своей ладони. Вздохнул и оглянулся по сторонам. Мы прогуливались в саду перед Императорским дворцом. Совместное времяпрепровождение — обязательная часть образа жизни будущих супругов. Нужно узнать друг друга лучше, обсудить предстоящую свадьбу. Вот только чем больше я узнавал невесту, тем чаще искал и находил неотложные дела, требующие моего присутствия где-нибудь подальше.

На первый взгляд, она воплощала в себе всё, что хотел видеть в супруге. Миленькая. Сильная огненная магичка с безупречной родословной и репутацией. Родственница Императора. Попадание по всем параметрам.

С помощью договорных браков куются судьбы, строятся карьеры, увеличивается влияние рода. Всё складывалось так, как и планировал. Я всегда знал, что рано или поздно женюсь с выгодой для рода. Но, видят Стихии, никогда раньше общество женщины не раздражало столь сильно.

После возвращения в Императорский дворец, я против воли всматривался в гостей. В коридорах, залах, на дорожках в саду, между деревьями и в беседке глаза сами искали ЕЁ. Ту, другую. Хотя и понимал разумом, что её здесь больше нет, и никогда не будет. Но сердце не успокаивалось и упорно возвращало её образ.