– Полагаю, эти существа созданы специально для уничтожения драконов правящих родов. Они находились под тронами, когда их высочества сели…

– Линарэн, замолчи! – Король Озарана, тяжело дыша, смотрит на Сарана. Чеканит: – Объясни, почему вопреки протоколу тебя не было вместе с остальными? Ты завидовал братьям и поэтому сговорился с Культом, ты…

– Я никогда им не завидовал, – ровно произносит Саран и направляется к дверям. – Будь я таким, как они, мне пришлось бы постоянно общаться с тобой, а это худшее из наказаний.

– Стоять!

Терять время Саран не собирается: как бы ни было ужасно происшествие, как бы ни бушевал отец, а машина государственного управления работает, и пока королевская семья в разладе и скорби, гостей и охрану допрашивают опытные следователи. Саран осознаёт, что пройдёт совсем немного времени, прежде чем свидетели расскажут, что он побежал за девушкой, возможно, найдутся те, кто видел знак Культа на её лбу. И отец сразу догадается, что лишь за одной девушкой Саран мог побежать, наплевав на протокол и страх наказания – за своей случайной избранной.

«Не надо было ему рассказывать», – мелькает запоздалая мысль.

Король Элемарр одним махом, ломая колонны и стену, обращается в дракона. Саран успевает перекинуться в последний момент, даже не удивляясь атаке, хотя если бы при обороте он замешкался хоть на мгновение, это могло стоить жизни ему, последнему принцу Озарана.

Зубы короля сжимаются на загривке Сарана, массивное белое сверкающее тело придавливает его к полу, и кровь пятого принца разливается по замерзшей крови братьев и невесток. Рыча, король Элемарр крепче стискивает челюсти.

– Элем, прекрати! – Император Карит отступает от стены, рискуя напороться на дёргающийся хвост Сарана. – Элем, ты убьёшь его!

Король рычит, приподнимая окрасившуюся алым губу.

Хрипя и царапая пол когтями, Саран бьётся под ним, но его прекрасная, так похожая на топазы чешуя не выдерживает давления разрывающих её белых когтей и белых зубов взрослого бронированного дракона.

– Элем!

Всё больше крови растекается по полу. В глубине сознания Сарана пульсирует мысль, что надо подчиниться, расслабиться, признавая поражение, и тогда наказание прекратиться, но тело отказывается – оно стремится нагнать избранную, и это делает зверя несговорчивым… до тех пор, пока острый коготь, сжимающий плечо под местом, где впиваются зубы отца, не вспарывает артерию. Фонтан крови ударяет короля Элемарра в глаз, он отшатывается. Животная ярость отступает, и он обращается человеком, опускает ладонь на тяжело вздымающийся бок Сарана, силой рода вынуждая его принять человеческий облик.

Вдвоём с подоспевшим императором Каритом Элемарр зажимает артерию у основания шеи потерявшего сознание Сарана. Король намораживает на рану лёд, вынуждая кровь остановиться.

– Ты с ума сошёл? – рычит Карит, нащупывая пульс Сарана. – Ты мог его убить, и что бы ты делал?

– Он мог организовать это всё! – огрызается король Элемарр.

– У тебя нет доказательств.

– Он вечно где-то пропадал, он ненавидел семью, он…

– Он твой последний сын. Наследник рода. Единственный.

Эти слова наконец пробивают щит в сознании озаранского короля, заставляя окончательно – и разумом, и душой – признать смерть старших сыновей и их избранных жён. Где-то внутри зарождается крик, но гаснет в бескрайней пустоте там, где ещё недавно билось сердце и отлично работали внутренние органы. Королю Элемарру кажется, что он – только кожа, шкура самого себя, натянутая на пустоту.

На него накатывают воспоминания: удар обрыва родовых меток, шум, известие о нападении Культа, обмякшая на его руках жена Инрриза и красный тронный зал вместо привычного белого с серо-голубыми оттенками льда. Молча разглядывающий флаг над тронами Саран. Живой и невредимый. С первым же вопросом виновато опустивший взгляд в пол.

– Грэнх, – сипло зовёт Элемарр начальника своей стражи. – Его под арест, – указывает на валяющегося на полу Сарана. – Вылечите и заприте в самом глубоком подземелье.

Император дожидается, когда стража унесёт потерявшего сознание Сарана, и только после этого с чувством произносит:

– Элем, так ты потеряешь последнего сына!

Будто не услышав его, король произносит:

– Надо собрать Срединный альянс на совещание. Пора уничтожить культ Бездны и каждую тварь, которая входит в него или считает его благом. Всех до единого.

Империя Эрграй, приграничные земли

– Витория… – шепчет туман таким знакомым голосом. – Витория, ты должна спрятаться, скрыться, тебя ищут, Витория…

Он тянется ко мне, но я растворена во тьме, не могу ответить, не могу потянуться навстречу.

– Витория…

Ментальный приказ выдёргивает меня из сна.

Отец, как и все дни до этого, стоит над моей постелью. С розового балдахина пялятся глаза чёрного существа.

– Сама соберёшься или помочь?