— Здорово, подруга. Держи. Ты не просила, знаю, но я отличный парень, так что поблагодари меня в своих молитвах.

Он брякнул на покачнувшийся от нагрузки столик ветхий талмуд, приложил к губам палец и ужом выскользнул обратно в коридор.

И… что это было?

Мальчишка был одним из детей, воспитанных при монастыре, сын одной из черновых прислужниц. Он и в Бельх устроился мелким служкой из-за Эйвери. Двое никому не нужных, нелюбимых детей сдружились в монастырских стенах, несмотря на возраст и разность положений.

Но никаких книг Эйвери у него не просила вроде бы. С интересом взяла книгу в руки, но в дверь постучали снова, и я быстрее ветра метнулась к разорённому шкафу, закопав талмуд в обрезки. Там искать не будут, пока не увидят моей реакции на сделанную гадость.

— Войдите.

Дверь немедленно распахнулась. За дверью стояла старшая горничная. Губы у неё подёргивались, а руки с такой силой сжали передник, что ткань того гляди треснет.

— Ты, деревенщина, — сказал она тихо. — Иди за мной.

Дорогие читатели, буду благодарна вашим комментариям и звездам! Для меня это очень важно и очень-очень приятно :)

5. Встреча с императором

Я рта открыть не успела, как горничная выдернула меня из комнаты с такой силой, что запястье обожгло острой болью. Попыталась вырвать руку, но, к собственному удивлению, мне это не удалось.

Зажмурилась, с силой напрягла мышцы и… ничего. Горничная волокла меня, как бульдозер грунт, дёргая на поворотах. Под закрытыми веками промелькнули страницы книг со старинными сказаниями про драконью каплю.

Дракон-отец и мать-драконица создали Вальтарту, населив её огненной расой златоглазых крылатых детей. Вспыльчивых, расчётливых, жадных, но добродушных, надёжных и мудрых. Каждому они вложили в грудь каплю от собственной крови.

Капля первородных была размером с сердце и дала драконирам вторую ипостась, а также силу покорить небо. Они вошли в касту неприкосновенных высокорожденных, ведающих древними знаниями, магией, политикой и экономикой страны. Стерегущими драгоценную кровь, вложенную в их жилы божественным драконом.

Капля размером с полевой цветок досталась драдерам. Отец-дракон наградил их деловой хваткой, смекалкой, педантичностью и стремлением к разумному служению. Из драдеров получались отличные юристы и торгаши, ювелиры и врачи, позволяя их магии скреплять договоры и клятвы, вкладывать магию в приказы.

И, наконец, капля размером с горошину перепала и простолюдинам-веям. Им не досталось ничего кроме долгожительства, крепости тела, силы духа и практичности рабочего класса. Но даже столь малый дар хранил и оберегал своих детей.

Мезальянсы были неизбежны. Женились драдеры на вея, дракониры на драдерах, а вей брали любовницами, усыновляя сильных детей. Мальчиков брали чаще, а от девочек чаще отрекались, вспоминая о них, лишь когда требовалась кровная разменная монета в договорном браке.

Причудливо мешалась драконья кровь. Случалось, у веи от драконира рождалось редкой силы дитя, а клан высокорожденных терял божественную каплю от поколения к поколению, пока не вырождался.

Клан Леяш был необычайно одарён, вот и всё, что помнила из своего детства Эйвери. Она сама была чрезвычайно одарена. Мать-драконица не пожалела на свою дочь магии. Капля грела в холодные дни, давала силы на тяжёлую работу, острое зрение, звериный нюх и красоту.

Эту каплю вынул из её груди Дареш в ритуальном обряде, и Эйвери словно поблекла, ослабела, погасла. Даже в простолюдинке-вее есть капля силы, а в Виве не осталось ничего, кроме высохших магических сил. У неё — у меня! — не было сил вырвать руку из хватки старшей горничной.

Не впервые за эту ночь меня коснулся страх. Ужас перед будущим, где я лишь сухая веточка на сильном цветущем дереве, полном магии и силы. Меня ветром обломит, а я лезу против драконов. Неосторожная, неопытная.

Горничная притащила меня на третий этаж и, напоследок сжав запястье, втолкнула меня в богатые покои.

— Слушай, чего тебе скажут, деревенщина, да делай, как надо, да кланяйся, — прошипела на прощание. — Не позорь имя Бельх.

Дверь распахнулась, и глазам открылась чудная картина. Клятый эстет, декорировавший комнату, был одержим розовым и пушистым, и я обречённо шагнула в царство «Ми-ми-ми». Других определений ум мне не выдавал.

Лети, подсказала память. Обделил отец-дракон бедняжку вкусом, а бог Лебеш, отвечающий за цветосочетания, приятные драконьему глазу, забылся сном на период творческой активности в замке Бельх.

Однако вейра, поджидавшая меня внутри, была полной противоположностью покоям. Строгая, подтянутая и вызывающая ассоциации с леди Мери. Само Совершенство, в общем. На миг меня охватило чувство давно забытой отверженности, неполноценности, а после я насильно расправила плечи, расслабила напряжённые руки и плавно шагнула вперёд. Тело идеально воспроизвело неглубокий поклон и лёгкую улыбку. Так было правильно.

Я — то, что я есть, а не моё платье. Мне нечего стыдиться.