- Нет, лорд Ветус приглашал нас на обед, - мило улыбаясь, ответила третья леди.

Коломан покраснела, но нашла в себе силы приподнять кончики губ, и в этот момент она была необычайно трогательна. Девушки, включая Нину, раскланялись с ней и продолжили проводить время в саду, надеясь, что лорд Ветус выйдет к ним.

- У вас очень вкусные чаи заваривает повар, - сделала комплимент третья леди.

"Боже, как же её зовут?!" - терзалась подопечная Имрича.

А юная леди тем временем подошла к столу и подвинула к себе чашечку. Можно было подождать прислугу, а могла оказать честь хозяйка и угостить гостью. Нина взяла чайничек и наполнила чашечку девушке.

- Квета, подожди меня, - попросила Власта и, спрыгнув с качелей, подошла к столику. - Какой у вас чай?

- Фруктовый, - ответила Нина.

- Ум-м, мой любимый, - попыталась Власта быть излишне приветливой, чтобы загладить оплошность Альбины.

"Квета Радко", - вспомнила землянка.

Девушки молча, делали глотки, иногда подхватывая с тарелочки крохотные печенюшечки.

Вот так и общались.

Бывали обеды, когда собиралось много народу, бывало, что Имрич, словно дразня соседей, собирал дома цветник из юных дев. Нине все эти подружки поперёк горла стояли, а лорд был рад, что его подопечная стала осторожной в высказываниях, стала прятать свою искренность и начала больше думать, прежде чем кого-то жалеть.

Нина постепенно менялась, приноравливаясь к новым условиям, находясь всё время под защитой лорда и под опекой управляющей. Наверное, она стала мягче, задумчивее, и осознала это, когда уступила госпоже Бедрич, позволяя той натянуть в своих покоях на опоры плотный балдахин. По ночам пробирали сквозняки, и был выбор либо спать в ночном колпаке, либо опускать занавеси и спать в тканой коробочке.

Пришло осознание, что со многими надеждами пришлось распрощаться окончательно. Сначала оказалась несостоятельной надежда стать парфюмером. Она ведь всё-таки съездила на фабрику Ветуса, но при подходе к ней, развернулась и укатила домой. Её обостренное обоняние не справилось с силой царивших там ароматов.

Потом умерла надежда на работу в чайной компании. Да что там, в чайной лавочке, где она хотела бы искать новые сочетания вкусов. Тут её мечты разбила Алика Бедрич. Нина немного сблизилась с ней и как бы та не желала бы, чтобы гостья, наконец, покинула дом, всё же честно обрисовала ей перспективы работы с травами в их городке.

В общем, ничего нового она не поведала: надо либо входить в семью лавочника, либо открывать свою лавку. Только вот беда, спрос, конечно, есть, но не так велик, чтобы в городе открывался ещё один чайный магазинчик. Многие жители вообще составляют себе сборы самостоятельно, сами же и собирают летом и осенью травы и экономят на этом деньги.

Нине было бы тяжело работать при нынешних возможностях организма титестером, но она готова была рискнуть, надеясь в будущем обустроить себе хорошо проветриваемое помещение, но жертвы её оказались ненужными.

Несколько раз Нина помогла Имричу в делах его крестьян и нашла тем воду, которую можно было использовать на дальних огородах и при выпасе животных. Но разве на доходы от такой работы проживёшь? Ей сделали подарки: торжественно, с поклонами вручили курицу и корзинку яиц. Она поблагодарила и сдала всё на кухню господину Дюзу.

А ещё присосавшиеся к их дому девицы! Нина упала в их глазах, когда оказалась совершенно не способной слагать стихи и к величайшему своему сожалению не смогла вспомнить ни одного стихотворения из своего мира. Хотя нет, муха-цокотуха всплыла в тот момент у неё в голове, но чтобы перевести толково, необходим талант, а его, увы, у Нины тоже не было.

Леди Нарибус потихоньку сдавала свои позиции, подстраивала свои планы под существующие условия и стойкость современной успешной земной женщины утекала вместе с уверенностью в себя. Однажды Власта пришла одна, она накануне пообещала рассказать и показать, как она работает над миниатюрами.

Нина уже видела готовые миниатюры, выполненные несколько своеобразно, но тщательно. О похожести модели с рисунком речи не шло, но по платью и украшениям объект узнать было можно. Леди Нарибус от души похвалила.

Кто знает, может девочка – талант, и это новое слово в живописи? А может, у них так все рисуют, простите, пишут. Нина была любителем достоверных картин, а не детских мазилок или задумчивых точек. Ещё ей нравилось, как рисуют на шкатулках сказки. Властины миниатюры подкупали яркостью красок и горящей надеждой в глазах девушки. Разве она могла не похвалить?

Теперь они вдвоём шли к талантливейшему человеку, который работал у лорда Ветуса и сделал ему всю мебель. Все резные штучки на стульях, дверях, деревянных жалюзи, ручки, буфеты... да всё, что состоит из дерева, изготавливал Хонза. Он даже не господин, потому что у него магия чувствовать дерево. Он ремесленник, но государственного значения.