Королевская династия до сих пор корректирует внутреннюю политику, опасаясь своих же лордов, и во избежание вольнодумства придумала, что не модно аристократам вообще делами заниматься. Это очень, очень стыдно и по-деревенски!

Поначалу юные лорды, чтобы прослыть образованными, должны разбираться в винах, потом их знакомят с опытными женщинами, дальше у них тратиться время на освоение искусства любви и следом – познание разницы между сексом и святым чувством.

Не успели оглянуться, молодым повесам уже двадцатый год идёт, а это самый возраст жениться. И вот королевский двор покинут, несколько лет дома пролетели, радость от статуса семьянина утихла, первым детишкам около пяти лет, а папашам двадцать пять, тогда их настигает правда жизни. Оказывается, отцы их очень даже работают, управляют имениями!

До тридцати лет король даёт возможность научить уму разуму взрослых отпрысков, а дальше для лучших из них начинается королевская служба. Конечно, в каждой семье соблюдается своя личная политика, вносящая коррективы в обучение мальчиков, и те не остаются безграмотными, ведь есть знания, которыми они, само собой, должны обладать. Например, слагать стихи, освоить музыкальный инструмент и танцы, владеть оружием и знать историю войн; поощрялось понимание географии и некоторые представления о жизни соседних государств. Однако, общего стиля жизни, навязанного королевским двором, было не избежать.

Очень хитрая политика, не дающая времени буйным головам задуматься о многом, а когда они поумнели, то уже их дети подросли, и пора бы уже ими заниматься, да вникать в своё хозяйство, а не мыслить в государственных масштабах.

Всё это Нине не объяснишь и не послушаешь её о жизнеустройстве в родном ей королевстве. И есть, конечно, разница даже между лордами. Королевские дети чуть ли не с пелёнок обучаются лучшими учителями многим предметам как широкого направления, так весьма специфических, вплоть до того, сколько потребно крестьянину времени на покос травы с поля размером в стандартный квадрат, но это скрывается.

Да сейчас и неважно это для Нины, главное, чтобы она была соответствующе одета, занялась сложением стихов и песен, обучилась женскому поведению равнинного королевства, и это избавит её в будущем от многих проблем.

Посвежевшие и отдохнувшие от дороги, путешественники продолжили путь. Чем больше набирала словарный запас Нина, тем легче шло дальнейшее обучение и интереснее. Сыграло свою роль и полное погружение в языковую среду.

Девушка не только набирала запас слов из общеупотребляемых, но и на остановках водила Имрича от цветка к цветку, спрашивая местные названия. Он заинтересовался её способностями чуять запахи, и они даже проводили эксперименты. Он прятал пахучую веточку, а Нина находила её, ориентируясь только на свой нос. Многое для него становилось понятным в поведении спутницы, после даже воспользовались её уникальной способностью обнаруживать источники воды в дороге из-за того, что Нина пару раз забраковала деревенскую воду из колодца.

Имрич не мог понять, своеобразная магия это у девушки или отголоски смешения крови с другими расами. Чисто внешне в ней не было признаков ни тонких, длинноухих вельфов, ничего от подгорных жителей и ни следа от ледяных демонов. Хотя те как раз больше всего внешне похожи на людей, только излишне светлые глаза выдают их, да, впрочем, они и есть люди, только со своеобразными возможностями, чтобы ни придумывали о них бездельники.

Лорд раздумывал над особенностями Нины и решил, что ей лучше не афишировать их, во всяком случае, пока она не почувствует себя уверенной в новой обстановке.

Ехать по королевству вдвоём всегда веселее, чем одному, а тем более, когда есть чем заняться, и ты не успеваешь замечать, как из одного города попал в следующий. Оба вежливые, предусмотрительные, умеющие не только интересно общаться, но и многозначительно молчать. Они нисколько не стесняли друг друга, и их общение пришлось обоим в радость. Попав через пару недель в столицу, решили задержаться в ней, сделать покупки для Нины, а Имрич собирался навестить своего родственника.

Город Нине понравился, но ничем не поразил её. Ей приходилось бывать в Европе, гулять по старым улочкам, которые в современном мире были ухожены, радовали высаженными цветами. Увиденное походило именно на старые европейские города, по которым сейчас бродили туристы.

Подспудно она надеялась, что перед ней раскроются совсем другие виды, другая архитектура, но, видимо, здешние люди мыслили примерно по-европейски. Грязь на улицах была, но при конном движении избежать этого невозможно, даже при запрете проезжать деревенским телегам через город после десяти утра. Всадники, кареты, открытые экипажи в движении придерживались середины дороги, но они проезжали довольно часто и растаскивали колёсами конные отходы по всей улице.