Иногда их близость была яростной и грубой. В другие моменты он превращался в саму нежность, продлевая удовольствие. Этот финал пузырился и шипел в ее крови — сладкое искушение, тягучее, как мед. Наслаждение сверкало ярче всех драгоценностей, что она надевала на днях, и когда она почувствовала, как азаи заполняет ее своим собственным извержением, она посмотрела на него с благоговением. Он занимал всё ее зрение, закрывая собой свет. Ее мир сузился до него одного.

Когда он выжал из нее всё возможное удовольствие, он опустился на руки, накрыв ее рот обжигающим поцелуем. Урча, он в конце концов завалился на бок, увлекая ее за собой. Подхватив ее под колено, он устроил ее ногу у себя на бедре, удерживая себя глубоко внутри нее.

Равенна счастливо вздохнула.

— Доброе утро, мой король.

— Доброе утро, крошка. — Улыбаясь, он подарил ей еще один поцелуй. И еще один. И вскоре они уже целовались всерьез: ее руки зарылись в его гриву, а его ладони ласкали ее спину.

Его член только начал снова пульсировать внутри нее, когда в дверь покоев тяжело постучали.

— Игнорируй их, и, может быть, они уйдут, — проворчал Валлек, отстраняясь ровно настолько, чтобы прошептать это ей.

Его надежды рухнули в тот же миг, когда послышался звук открывающейся двери. Судя по звуку, никто не вошел, лишь заглянул внутрь.

— Вы оба одеты? — раздался голос Эйдис.

— Если ты не принесла еду, то нет! — крикнул Валлек.

— Это твоя любящая старшая сестра, которую ты очень уважаешь и обожаешь!

Валлек фыркнул.

— У меня нет такой сестры.

Послышался шорох мантии, и дверь за решительно настроенной Эйдис закрылась.

— Либо вы выходите одетыми, либо я вхожу сама, и тогда мы все пострадаем от последствий.

Равенна хихикнула, а Валлек закатил глаза.

— Прошло уже три дня, — мягко напомнила она.

— Кто в конце концов король этой горы? — пробурчал он.

После еще нескольких извиняющихся поцелуев они наконец поднялись. Наспех умывшись и одевшись, они вышли к Эйдис в кабинет.

— Рада вас видеть, — поддразнила она с ласковой улыбкой. — Я принесла поздравления от семьи и большей части двора.

— Могла бы оставить записку под дверью.

Равенна ткнула локтем своего ворчливого азаи.

Эйдис лишь закатила глаза.

— Скоро подадут завтрак, так что прибереги свой рык, пока не поешь.

— Если ты не принесла завтрак, то с чем явилась?

— С новостями, разумеется. — Эйдис с пафосом расправила подол и заняла свое обычное кресло, давая понять, что визит не будет коротким.

Валлек тяжело вздохнул, рухнул на свое привычное место и утянул Равенну к себе на колени. Она легко устроилась, пока он переплетал пальцы на ее бедре. Это было так естественно — то, как они соединялись, подстраивая тела друг под друга. Глядя на них, Эйдис невольно улыбнулась.

— При всем моем уважении к желанию запереться здесь, пока связь не закрепится окончательно, мне нужно, чтобы вы оба показались на людях.

— Народ понимает, чем занимаются новоиспеченные пары, — бросил Валлек.

— Понимает, но вы — не просто рядовая пара. Хотя объявление встретили в целом благосклонно, по городу всё еще ползут слухи.

— И что говорят? — спросила Равенна, хотя и сама догадывалась.

— Людям интересно, настоящий это союз или какой-то трюк. Они гадают, кто эта таинственная полуфэйри, откуда она взялась. И мое любимое: не очаровала ли она короля? — Эйдис фыркнула. — В пабах это хит сезона. Масштабы домыслов просто поражают.

— И что мы должны… сделать? Чтобы доказать им обратное, — произнесла Равенна.

Орчанка улыбнулась, но это была одна из тех ее улыбок, от которых становилось не по себе — тех, что выдавали в ней мастера интриг.

— Вы их очаруете. Выйдете в свет, будете на виду и дадите людям на вас посмотреть. Держитесь за руки, целуйтесь — делайте то, что кажется естественным.

— Именно так она и заполучила Хильду, — серьезно сообщил Валлек Равенне, — сплошная романтика.

— В моем мизинце больше романтики, чем во всем твоем теле, — беспечно бросила Эйдис. — Я просто приберегаю ее для важных моментов.

Равенна переглянулась с парой, закусив губу, чтобы не рассмеяться.

— Вам просто нужно присутствовать, — настаивала Эйдис. — Враг любопытства — обыденность. Сделайте ваш союз чем-то привычным. Вернитесь к своим обычным обязанностям, и люди быстро успокоятся.

План был прост, хотя от него в животе у Равенны снова запорхали бабочки. «Обычные обязанности» всё еще оставались для нее неизведанной территорией.

— Что ж, хорошо, — вздохнул Валлек. — Сегодня мы выйдем к двору, попируем в базилике, а завтра проведем открытый прием жалоб. Послезавтра я соберу совет министров, и Равенна будет на нем присутствовать. Проследи, чтобы для нее поставили кресло.

— Считай, уже сделано.

— Взамен, — Валлек ехидно ухмыльнулся сестре, — я хочу, чтобы ты занялась подготовкой к свадьбе. Это должно быть роскошное торжество, Эйдис. Такое, чтобы запомнилось. Явка каждого вождя и паладина обязательна.

Сестра выглядела не слишком обрадованной.