Несомненно, лорд-командующий добивался именно этого. Он ждал, когда она оступится.

Что ж, Равенна проделала слишком долгий путь, чтобы проиграть такому червю, как Ульрих. Она старалась стать максимально незаметной — тихой и кроткой. Почти все время она проводила в четырех стенах, несмотря на призывы Оберона бросить все и вернуться к табуну.

Равенна начала даже спать под личиной. Она не была уверена, что морок держится, пока она спит, но до самого момента забытья не давала ему сползти. Это выматывало, но она не смела рисковать. Она даже не решалась спуститься в купальни, и в своей душной комнатушке Равенна медленно закипала в собственном гневе.

Наверное, именно из-за усталости и ощущения собственной неопрятности она огрызнулась на того, кто осмелился постучать в ее дверь днем.

— Что еще?

Дверь, и так приоткрытая — ведь никто не удосужился починить замок, — скрипнула и распахнулась шире. В комнату вошла леди Эйдис, старшая сестра короля Валлека. Одетая, как обычно, в элегантное платье с безупречными складками, на поясе позвякивали ключи и кошели, а волосы были убраны за остроконечные уши в аккуратную косу, спускавшуюся до самой поясницы. Она выглядела слишком величественно для тесной конуры Равенны. В облике Эйдис всегда читались достоинство и достаток: в ушах поблескивало множество золотых колец, на груди покоился церемониальный горжет, указывающий на ее высокий статус, а по подолу платья бежала серебряная вышивка.

Равенна так растерялась, что на мгновение забыла, как подобает себя вести. Наконец она вскочила на ноги и поклонилась:

— Простите меня, миледи, я вас не ждала.

— Ничего страшного. — Эйдис огляделась, и ее проницательный взгляд остановился на сломанной двери. — Полагаю, у этого есть интересная предыстория?

Равенна прикусила щеку. Ей нравились сестры короля — проницательная Эйдис и живая Аста, но теперь она не понимала, какое место занимает в доме Валлека. Сестры были преданы ему не меньше Ульриха, и Равенна опасалась, что лорд-командующий «закручивает гайки» по прямому приказу короля. Если так, рассчитывать на помощь Эйдис не стоило.

Впрочем, недоумение при виде сломанной двери казалось искренним. Тщательно подбирая слова, Равенна ответила:

— Лорд-командующий счел это самым быстрым способом обыскать мою комнату несколько ночей назад.

Губы Эйдис сжались в тонкую линию.

— Понятно. — Она более критично осмотрела косяк. — Слуги поговаривали, что он стал проявлять к тебе… повышенное внимание.

Равенна с трудом подавила презрительное фырканье.

— Это сложно не заметить. Не представляю, что лорд-командующий надеется найти. Ложь, конечно, но Равенне было плевать. Если она могла настроить кого-то против Ульриха, она бы это сделала.

— Ульрих… — Эйдис вздохнула. — Человек упорный. Собственно, из-за него я здесь.

Плечи Равенны напряглись, сложенные крылья за спиной дрогнули.

— Лорд-командующий просит нас обоих на встречу.

— Сейчас?

— Видимо, так.

Стараясь не кривиться, Равенна кивнула и взяла плащ. Скрыть гримасу было легче, чем набросить тяжелую ткань и натянуть капюшон на несвежие волосы. Одежда душила, но она помогала поддерживать личину и, возможно, скрывала запах.

Впрочем, не слишком успешно: Эйдис не смогла скрыть брезгливости, когда Равенна последовала за ней.

— Прости меня, коун, но… тебе разве не показывали купальни? Те, что под цитаделью, открыты для всех слуг.

Щеки Равенны вспыхнули даже под мороком. Откашлявшись, она пробормотала:

— Мне было не по себе идти туда, пока лорд-командующий так пристально за мной следит.

Брови Эйдис сошлись на переносице в суровом жесте.

— Так не пойдет. — Выйдя в коридор, она крикнула, — Брун?

Спустя мгновение появилась одна из старших экономок. Брунгильда ведала хозяйством самого короля и присматривала за всеми, кто служил семье напрямую. Она была настолько же статной, насколько и сильной: мощные руки, темная грива с проседью. Женщина окинула их добрым взглядом карих глаз.

— Миледи? — почтительно кивнула она.

Эйдис указала на дверь Равенны:

— Позаботься, чтобы к вечеру все починили. И распорядись принести в ее комнату лохань для мытья. — Повернувшись к Равенне, она добавила, — Вода будет не слишком горячей, но это все же ванна.

Равенна затрясла головой:

— Нет-нет, миледи, это идеально! Благодарю вас, вы слишком добры.

Орчиха сокрушенно усмехнулась:

— Вовсе нет, просто от тебя несет.

— Вынуждена согласиться, — подтвердила Брунгильда.

Равенна невольно рассмеялась. Несмотря на жгучее смущение, подтрунивание ее не задело. Как бы она ни злилась на бесчинство Ульриха, она не забудет доброту этих женщин.

— И все равно спасибо. Боюсь, я из этой лохани не вылезу.