— Практика в престижных больницах, доступ к редким клиническим случаям, обширная библиотека, протекция при трудоустройстве. К тому же выдающихся студентов всегда приглашают на различные мероприятия. И я говорю не только о тех мероприятиях, которые имеют отношение к медицине. Это может быть, например, день рождения преподавателя, где соберутся влиятельные гости и где можно завести полезные знакомства. Или тебе могут достать билет на какое-нибудь мероприятие, куда вхож только очень узкий круг людей. В общем, в медицине, как и в любой другой сфере, лучше быть с теми, кто наверху. А у тебя к этому есть все предпосылки. Как только о тебе узнают, каждый захочет быть с тобой на короткой ноге. Одни — для того, чтобы перетянуть на себя часть твоей славы. Другие — чтобы иметь под рукой человека, который способен фактически творить чудеса. Третьи — чтобы навредить тебе, ведь многие будут завидовать. Ты еще молод, но уже сейчас тебе нужно отличать одних от других и от третьих.

Я внимательно слушал Анатолия Ренатовича, который видел во мне совсем юнца, но я таким не был. То, что он говорил, было и в моем мире. Рядом с богатыми и влиятельными людьми всегда есть свита, которая «кормится» благодаря им. Но часто бывает так, что свита разбегается, как тараканы при резком свете, когда тот, кто должен был тянуть их за собой, оступается. Вот тогда-то и срываются маски.

В это время послышался щелчок, и дверь лавки приоткрылась. Одновременно с этим до нас донесся мелодичный звон колокольчиков.

Мы зашли в лавку. Нас сразу же окутал запах чернил, бумаги, сургуча и дерева. За прилавком стоял пожилой мужчина в белоснежной рубашке, черных нарукавниках и в таком же переднике. Он доброжелательно улыбнулся.

— Приветствую вас, господа. Чего изволите?

— Помогите нам подобрать подарок хорошему другу, — Анатолий Ренатович подошел к прилавку, а я двинулся вдоль стеллажей.

Как оказалось, здесь продают не только письменные принадлежности, но и ученические сумки, альбомы для рисования, краски, глину для лепки и многое другое.

Я вдруг словил себя на мысли, что уже присматриваю то, что мне может пригодиться, но ведь сейчас это делать еще довольно рано — я пока не поступил и даже первый экзамен не сдал. Если в арифметике кое-что уже понимал, то с литературой вообще беда — не успел прочесть ни одного произведения из тех, что советовала Полина. Если завтра не провалю экзамен, то применю все свои знания в магии, чтобы подготовиться к экзамену по литературе, иначе именно на ней могу споткнуться.

Я прошелся по лавке и вернулся к прилавку, где Анатолий Ренатович уже расплачивался за упаковку плотной белой бумаги, фарфоровые чернильницы и набор перьев в деревянной коробке.

— Это что такое? — указал я на синюю бархатную подушку, на которой лежали изящные серебряные цветы, раскрашенные блестящей эмалью.

— Броши, — ответил торговец, снял подушечку с полки и положил передо мной. — Моя дочь настаивает на том, чтобы мы увеличили ассортимент. И почему-то придумала, что здесь могут неплохо продаваться такие вещицы. Не знаю, что из этого получится, — пожал он плечами.

— Кто делает такие красивые вещи? — я наклонился, изучая каждый цветок, который был так искусно сделан, что выглядел почти живым.

— Молодой ювелир на Никитской. На ярмарке его встретили. Даже вазу у него купили — хороший мастер.

— Я возьму вот эти две броши, — указал я на фиалку и розу.

— Хороший выбор, — оценил торговец, аккуратно снял броши с подушечки, переложил в мешочек и, получив деньги, отдал мне.

— Девушке хочешь подарить? — лукаво улыбнулся лекарь, когда мы вышли из лавки и двинулись к продуктовым торговым рядам, со стороны которых аппетитно пахло копченой рыбой и свежим хлебом.

— Одну — Полине. С ней мы знакомы еще с Иркутска. А вторую — Вере. Должен же я как-то отблагодарить ее за доброту и вкусную еду.

— Верочке понравится, — с довольным видом кивнул лекарь.

Мы зашли в винный отдел, где лекарь купил красное сладкое вино, после чего пошли на поиски ближайшей телеграфной станции. Во-первых, я хотел оповестить Илью, Семена, Андрея и капитана Илью Петровича о том, что благополучно добрался до Москвы. А во-вторых — узнать у Базарова, где сейчас Полина и Сергей.

Станция нашлась быстро. Все местные знали, где она находится. Я попросил разрешения указать адрес Анатолия Ренатовича для ответов, на что он сразу согласился. Всем написал примерно одно и то же: «Прибыл в Москву. Здоров. Завтра начинаются экзамены» и подпись. Только у Базарова еще спросил, как найти его дочь и племянника.

— Может, пообедаем? — предложил я, когда мы с Анатолием Ренатовичем вышли из телеграфной станции и до моего нюха донесся аппетитный запах жареного мяса из ближайшего трактира.

— Ни за что! Уверен, Вера наготовила всякого и ждет не дождется, когда мы вернемся, чтобы накормить нас до отвала.

Я не стал спорить, поэтому мы купили сладких булочек и поехали в деревню.

***