– В прошлый раз, когда мы разговаривали, ты сказал мне, что у тебя к ней нет никаких чувств. Это ведь не совсем правда?

Следующие пару секунд кажутся вечностью, пока я обдумываю свой ответ. Я не могу продолжать отрицать свои чувства – ни перед собой, ни перед Арчером. Давно я не влюблялся, но понимаю, что с Билли всё к этому и идёт. Мысль о том, что между нами всё чисто физическое, вызывает у меня тошноту. Я сбился со счета, сколько раз я пытался не поддаваться чувствам, и всё же я здесь, сижу на этой скамейке, и пытаюсь принять, что влюбляюсь. Если что-то и доказывает, насколько сильны мои чувства или насколько всё это неизбежно, так это этот момент.

Принятие должно было бы всё упростить. Но вместо этого оно только усложняет, потому что мы не можем быть вместе. Ни в отношениях, ни даже на одну ночь. Я не справляюсь с тем, чтобы держать свои эмоции под контролем – раньше такого со мной не было.

– Я так запутался, – вздыхаю я. – Знаю только одно: моя маска трескается, и я в полном дерьме. Несмотря на все риски, я продолжаю заходить всё дальше.

Арчер уже знал, что происходит у меня в голове, прежде чем я произнес эти слова, и пока я говорил, он кивал головой.

– Ты уже слишком далеко зашёл, чтобы остановиться?

Я пожимаю плечами, разочарование проникает в мои кости.

– Я уже и сам не знаю.

Затем он смотрит на меня без тени юмора.

– Тебе нужно действовать, пока не стало слишком поздно, и я не оказался на похоронах своего защитника вместо того, чтобы поднимать с ним Кубок в этом году.

Я пытаюсь ответить, но он продолжает, в его голосе слышны опасения и понимание.

– Если ты зашел слишком далеко, чтобы отступать, тогда тебе нужно поговорить со Скоттом и рассказать, что у тебя на уме насчёт его дочери, – он хлопает себя по бедру. – Но если ты можешь всё прекратить...Что ж, тогда тебе нужно серьезно поговорить с Билли и установить четкие границы между вами, – он толкает меня коленом. – Я за то, чтобы мои друзья влюблялись, но не если потом мне придётся собирать их жизнь по кускам, когда всё пойдёт к чертям. Говорю тебе сейчас, Эммет, если ты продолжишь идти по этому пути, и вы двое в конечном итоге окажетесь вместе в постели, ты должен быть готов попрощаться со своей дружбой, возможно, вместе со всем, что у вас есть с Билли. Это может испортить и её отношения с родителями, а ты сам говорил, что ей уже пришлось многое пережить.

Всё, что я могу делать, это смотреть вперёд, на стену, чувствуя, как всё внутри сжимается, пока разум и сердце вступают в борьбу – война, вызванная логикой предупреждения моего вратаря.

– Я влюбляюсь по уши.

Краем глаза я замечаю, как Арчер едва заметно кивает.

– Я знаю, приятель.

Когда я делаю следующий вдох, мне кажется, что я проглатываю лезвия.

– Ты спросил меня, не слишком ли я далеко зашёл, и ответ – да. Но это не значит, что я настолько эгоистичен, чтобы не попытаться остановиться, – при следующем глотке лезвия впиваются мне в горло. – Ты был прав, когда сказал, что всё самое лучшее случается, когда ты меньше всего этого ожидаешь, потому что Билли и Блейк – это всё для меня, – мой голос дрожит, как бы я ни старался сохранять его ровным.

Теплая ладонь ложится мне на плечо.

– Чёрт возьми, Эммет, мне так жаль, что ты проходишь через это.

Закрывая глаза, я молюсь, чтобы темнота облегчила восприятие моего следующего предложения.

– И тот факт, что она так много значит для меня, именно поэтому я должен отпустить мою девочку.

ГЛАВА 23

БИЛЛИ

– Ты, дорогая, начинаешь округляться на все сто процентов, – Кендра кладет ладонь на округлившийся живот Дженны. – И я говорю тебе – будет мальчик.

Дарси встает рядом со мной, опуская глаза на живот Дженны.

– Я думаю, что это близнецы. Когда дело касается Томми, наивно ожидать чего-то, кроме хаоса.

То, как она произносит это с густым британским акцентом, заставляет меня тихо усмехнуться. Сидеть рядом с этими девушками во время игры было самым веселым за последние месяцы, каждая из них рассказывала мне истории за последние несколько сезонов. Личным фаворитом, пожалуй, остаётся момент, когда Арчер застал Коллинз и Сойера за занятием «этим самым» в печально известной гостевой спальне Кендры и Джека.

– Это не близнецы, – Кейт бочком подходит к Дженне, перекидывая копну шелковистых светлых волос через правое плечо. – Когда я была на третьем месяце беременности Джун и Уиллом, я уже выбирала одежду для беременных, – она показывает на живот Дженны. – Вот эта шишка имеет все признаки мальчика.

Кендра торжествующе улыбается.

– Ооо...Как ты его назовешь?

Пока все девушки продолжают болтать у бара, моё внимание переключается на папу и Эммета, увлеченных беседой за несколько столиков неподалёку. Мой взгляд мгновенно встречается с взглядом Эммета, и кривая улыбка растягивает его губы.

Я хочу знать, о чём он думает, но невозможно найти момент, чтобы ускользнуть и поговорить.

– Нам