– Нет, нет, солнышко, – мама машет рукой, её слова звучат невнятно, движения неуклюжи. – Мы можем разобраться с этим позже.

– Всё в порядке. Я займусь, – говорю я, обходя стол и начиная собирать тарелки.

Когда я подхожу к Марии, она поднимает палец, прося меня подождать.

– Я ещё не закончила со своим.

– Ты планируешь вылизать всё дочиста, Мария? – мама хихикает.

Протягиваю руку в центр стола, я пытаюсь взять маленький кувшинчик со сливками, но случайно опрокидываю его, и остатки выливаются на мамину девственно черную скатерть.

– Чёрт! Прости, – стону я, хватая кувшин со второй попытки и направляясь в тишину кухни.

– С Билли всё в порядке? – слышу я, как тихо спрашивает Мария, как только я переступаю порог. – Сегодня вечером она выглядит очень напряженной.

Мне требуется целая минута, чтобы загрузить первую порцию посуды в посудомоечную машину. Полная решимости занять свой мозг и отвлечься от бесполезных мыслей, я принимаюсь за столовые приборы.

– Билли? – грубый голос Эммета ни с чем не спутаешь, хотя это не мешает мне работать.

Не мешает, пока я не чувствую его ладонь на предплечье, призывающей меня прекратить то, что я делаю.

– Что происходит, Билли?

Услышав этот вопрос, я поворачиваюсь к нему лицом с вилкой в одной руке и половником в другой. Он поджимает губы, переводя взгляд на мои руки.

– Ты же не планируешь напасть на меня с ними, правда?

– Я не уверена, какой ущерб можно нанести половником.

Эммет склоняет голову набок, изучая выражение моего лица.

– Думаю, это зависит от того, насколько зол нападающий. Лично я знаю одну огненно-рыжую девушку, которая полностью оправдывает свою репутацию. Если она не язвит мне, то пытается уязвить мое эго из-за нашей разницы в возрасте.

Несмотря на моё дерьмовое настроение, я не могу удержаться от улыбки.

Он протягивает руку, забирает у меня из рук половник и вилку и кладет их в посудомоечную машину.

– Что происходит, Билли? – он повторяет свой предыдущий вопрос.

С того момента, как наши взгляды встретились, он не отводит глаз, и тяжесть его взгляда я чувствую до кончиков пальцев ног.

– На этот вопрос я не могу ответить.

Между нами почти нет свободного пространства. Он смотрит на моё левое запястье; на нём изящный браслет из розового золота с буквой “Б”, который он подарил мне после рождения Блейк. Мне он так нравится, и я сказала ему об этом сразу после того, как открыла коробочку.

– И почему же?

Половина бокала вина, выпитого мной ранее, обжигает мне щеки, или, может быть, это из-за его близости. В любом случае, я знаю, что показываю, как сильно этот мужчина влияет на меня.

В кремовом шёлковом топе на бретелях и чёрных кожаных брюках, подчёркивающих мою соблазнительную фигуру, я знаю, что хорошо выгляжу сегодня вечером, и мне не стыдно признаться, что я постаралась сегодня, зная, что Эммет придёт. Я думал, что он пропустит ужин после того, что произошло, но мне я должна была понимать – он никогда не подведёт моих родителей.

И это то, кем он является – другом моих родителей.

Я глубоко вдыхаю и опускаю взгляд на его одежду – белую рубашку с расстегнутым воротом, открывающую вид на волосы на груди, а также на его подтянутое тело, к которому я имела удовольствие прикасаться не так давно. Эмметт умеет выглядеть непринуждённо – рукава закатаны до локтей, часы TAG Heuer украшают мускулистое запястье.

Мой рот наполняется слюной, и я сглатываю, стараясь взять себя в руки.

– Потому что ты уже ясно дал понять, что мы больше не будем говорить о нас.

Он облизывает губы, но не потому, что хочет поцеловать меня, даже если я надеюсь, что такое искушение приходило ему в голову.

– Я думал, мы договорились, что так будет правильно?

Он прав; договорились. Не то чтобы это помогло подавить потребность.

– Просто всё кажется неловким, вот и всё, – я наклоняюсь и беру кухонное полотенце со стойки позади него, собираясь вытереть посуду, которую мама уже помыла.

Раздражённый Эммет практически выхватывает его у меня из рук, перекидывая через левое плечо.

– Поговори со мной, Билли. Я не хочу потерять тебя из-за того, что всё стало немного странным. Это последнее, чего я хочу.

Резко вдохнув, я медленно качаю головой.

– Я бы сказала, что уже слишком поздно, ты так не думаешь?

Эммет придвигается ещё ближе. Если бы между нами не было разницы в росте, мы бы оказались нос к носу. Вместо этого он возвышается надо мной, склонив голову, а в глазах горит желание, которое я не могу разгадать.

Хочу верить, что дело во мне, но, кажется, ему просто нужны ответы.

– Если ты несчастна, тогда тебе нужно сказать мне. Я не хочу, чтобы ты страдала, тем более из-за моих слов или поступков.