– Потому что именно тогда ты узнаешь, кто твои настоящие друзья, – когда она откидывается на спинку стула, по её лицу медленно расползается улыбка. – Когда становится тяжело, те, кто рядом с тобой, и давние знакомые, и новые люди в твоей жизни, показывают себя такими, какие они есть на самом деле. Включая тебя саму. Ты открываешь в себе глубины решимости и силы, – она кивает в сторону Блейк. – Её отец виноват в твоих слезах, верно?

Я закатываю глаза при мысли о Такере и Рейчел, держащихся за руки в кампусе. Она всегда преследовала его, и она была одной из главных сплетниц, распускавших слухи об измене. Скорее всего, она говорила правду и переспала с ним задолго до того, как мы расстались.

– Как ты догадалась?

Коллинз откусывает ещё кусочек скона и машет рукой, словно отметая саму мысль о моём бывшем парне.

Я фыркаю от смеха.

– Назовём это женской интуицией, – она прищелкивает языком. – Мой лучший совет? Сосредоточься на тех, кто сейчас рядом с тобой и поддерживает тебя.

Они

– те люди, которые имеют значение.

Перед глазами тут же всплывает образ Эмметта, и я почти физически ощущаю его грубую ладонь на моей. Мы почти не общались с того дня в парке, вся поездка подошла к неловкому концу, когда я выставила себя полной дурой – практически спросила его, было ли когда-нибудь что-то между нами.

О чём, чёрт возьми, я только думала?

Я морщусь от этого воспоминания и смотрю на Коллинз, которая размешивает сахар в своём кофе.

– Кажется, я уже испортила дружбу с одним из этих хороших людей.

Она пожимает плечом.

– Ну, если это так, значит, он, вероятно, и не был твоим человеком с самого начала.

Я быстро смотрю в сторону туалетов и вижу, как мама выходит, разговаривая по телефону, и поднимает в воздух палец, показывая, чтобы я подождала.

Понимая, что у меня есть ещё пара минут с ней наедине, я решаю воспользоваться моментом и выложить свой провал почти незнакомке, которой, если честно, доверяю больше, чем большинству людей, которых знаю.

– А что если я скажу тебе, что человек, с которым я всё испортила, на четырнадцать лет старше меня, лучший друг моего отца, а его бывшая жена дружит с моей мамой? – я решаю опустить ту часть, что он известный игрок НХЛ.

Глаза Коллинз широко раскрываются от удивления.

– Ты с ним переспала?

Я быстро качаю головой.

– Нет. Нет, я с ним не спала, – я съеживаюсь. – Но я спросила его, было ли что-то между нами, – и снова съеживаюсь. – И потом стало немного неловко, и мне захотелось просто провалиться сквозь землю прямо там.

Она лишь посмеивается и отпивает кофе.

– Значит, он из тех горячих дядюшек, да?

Мой кивок говорит сам за себя. Она заинтересованно приподнимает бровь.

– И ты говоришь, что его бывшая жена дружит с твоей мамой?

Я снова киваю.

Она издает взволнованный звук, и я усмехаюсь.

– Девочка, тебе нужно переспать с ним.

Мой взгляд падает на Блейк, которая, к счастью, сейчас спит.

Коллинз одними губами извиняется передо мной, прежде чем продолжить свою болтовню.

– Запретный плод сладок. Если между вами тогда возникла неловкость, значит, в твоём вопросе была доля правды, – на указывает на свой живот. – Интуиция никогда не врёт, и я говорю тебе: он на тысячу процентов запал на твоё горячее тело, – она подмигивает, и я краснею. – Если он свободен, как и ты, повеселись немного. Ты ничего не можешь поделать с тем, к кому тебя тянет.

Её совет – либо лучший, либо худший из всех, которые я когда-либо получала. Тут нет золотой середины.

Я прикусываю губы, как раз в тот момент, когда мама заканчивает разговор и возвращается к нам.

Я встречаюсь взглядом с Коллинз, и меня охватывает редкий прилив азарта.

– Я кое-что скажу тебе, Коллинз.

Её улыбка становится дьявольской.

– О, да? И что же?

Я отвечаю такой же дерзкой ухмылкой.

– Ты точно знаешь, как играть с огнем.

ГЛАВА 15

ЭММЕТ

Поставив последнюю коробку на центр двуспальной кровати Билли, я окидываю взглядом её новое жильё. Очевидно, что это здание старый склад или фабрика, переоборудованные под апартаменты, и они гораздо больше, чем в среднем по Бруклину.

Теперь, когда я увидел это место своими глазами, я понимаю, почему Билли удалось снять квартиру по низкой цене. Здесь требуется много ремонта – кухонные шкафчики едва держатся на петлях, стены выглядят так, будто их не красили годами, а паркетный пол явно повидал лучшие времена. Я даже не уверен, что холодильник и диван протянут шесть месяцев аренды, на которые она подписала договор.

Но когда я закрываю дверь в её новую спальню и иду прямо на кухню, которая переходит в гостиную, я понимаю, что никакие шероховатости в этой квартире не беспокоят Билли, потому что она просто счастлива вернуть себе независимость.

Заметила ли она, что я наблюдаю за тем, как она танцует по кухне с Блейк, пристегнутой к груди, или нет, – это не мешает мне прислониться к кирпичной стене и полюбоваться одним из лучших зрелищ, которые я когда-либо видел.