Блейк обхватывает рукой мой палец, и я закрываю глаза, чтобы сдержать слёзы.

Когда я снова открываю их, мама стоит ещё ближе.

– Ты влюблена в него, Билли?

Я выдыхаю.

– Да.

Очевидно, что она уже знала ответ; я вижу это по её теплой улыбке.

– Ты же знаешь, что тебе всегда рады, приходи на ужин, когда захочешь. Мы оба ужасно скучаем по тебе и Блейк.

Я киваю в знак подтверждения.

– Приглашение распространяется на Эммета?

Она морщится.

– Если бы это зависело от меня, тогда да. Лично я считаю, что нам нужно сорвать пластырь и всё обсудить, – мама делает паузу. – Скотт…он к этому не готов.

– Как ты думаешь, он когда-нибудь будет готов? – мне неприятно задавать этот вопрос, но я выдавливаю слова, потому что знаю, что есть реальный шанс, что нет.

Протягивая руку, мама гладит меня по плечу.

– Я не знаю, милая.

В уголках моих глаз выступают слёзы. Я ненавижу это, хотя это никогда не было моим намерением. Я фактически вбила клин между людьми, которых связывала многолетняя дружба. Оба мужчины глубоко страдают.

– Что касается Марии... – мамин голос становится более резким, почти режущим. – Наша дружба определенно мертва и похоронена.

Мои глаза практически вылезают из орбит.

Мама машет рукой перед собой, метафорически отвергая бывшую жену моего парня.

– Ты знаешь, сколько часов я потратила, утешая эту женщину? Лично, по телефону. Чёрт возьми, однажды я даже села на рейс в Канзас, потому что она была безутешна из-за их временного разрыва пару лет назад. Отпуск во Флориде, где она безостановочно рыдала из-за их развода, а я тем временем пыталась добраться домой к своей беременной дочери и раненому мужу, которые оба направлялись в больницу, – её глаза сужаются при воспоминаниях. – И всё это время она трахалась с половиной бортпроводников за его спиной, одновременно выдвигая обвинения в том, что он изменяет.

Я опускаю глаза на Блейк и закрываю уши моей малышки.

Мама криво усмехается и продолжает свою тираду.

– Когда я спросила её обо всем, она не выдержала и наговорила ещё больше чепухи о том, что ты пытаешься увести у неё мужа, – она усмехается. – Мария должна винить только себя в распаде своего брака, а мелочная ревность заставляет её выглядеть ещё большей дурой. Говорить за

моей

спиной с

моим

мужем о

моей

дочери…

Не говоря больше ни слова, я притягиваю её к себе, одной рукой обнимая за тонкие плечи. Такое чувство, что она сбросила вес с тех пор, как в последний раз была в моих объятиях, и это разбивает мне сердце.

Она смотрит сверху вниз на Блейк, потом на меня.

– Между мной и Эмметом ничего не было до того, как я вернулась из Остина. Я обещаю.

Мама качает головой.

– Я знаю, и тебе не нужно это объяснять. Даже Скотт это понимает. Мария – своего рода параноик, и я видела в ней ту сторону, с которой просто не могу смириться. Я всегда выберу свою дочь. Кому или чему угодно.

Наши объятия с Блейк, уютно устроившейся между нами, это всё, что осталось сказать, и мы остаемся в таком положении очень долго, пока мама в конце концов не отстраняется, со вздохом посмотрев на часы.

– Мне нужно на работу.

Я не готова к тому, чтобы она уходила, хотя мне самой нужно принять душ и собираться.

– У тебя есть планы на сегодня? – спрашивает она, заходя в мою гостиную и беря свою сумочку с дивана.

– Я встречаюсь с друзьями за чашечкой кофе в “Rise Up”.

Она выглядит заинтригованной.

– С какими? Я знаю их?

Я качаю головой, и медленная улыбка расползается по моим губам, когда я думаю об удивительных женщинах, которых я встретила за последние три месяца.

– Помнишь ту байкершу с розовыми волосами и потрясающим телом?

Мама морщит губы, щёлкает пальцами, вспоминая Коллинз.

– Ах, да! Королева.

Я хихикаю.

– Ну, оказалось, что она жена одного из бывших товарищей Эммета по команде, – я оглядываю свою квартиру. – И она жила здесь до того, как встретила его.

У мамы открывается рот.

– Вау! Мир тесен.

– Ну, через Коллинз я познакомилась с несколькими другими потрясающими женщинами, и две из них пригласили меня и Блейк на кофе этим утром.

Мама, явно радостная за меня, вешает сумочку на плечо и направляется к входной двери.

– Что ж, в таком случае, мне лучше вас не задерживать, – она останавливается на полпути к выходу из квартиры. – Передай Эмметту привет от меня.

– Билли! – Кейт отодвигает свой стул и ещё один, чтобы я могла подкатить коляску Блейк прямо к столику, который они с Фелисити зарезервировали.

Кейт целует меня в обе щеки, и Фелисити делает то же самое, прежде чем я сажусь между ними. Затем Кейт пододвигает ко мне чашку с теплым капучино.

– У меня один вопрос, – начинаю я, переводя взгляд с Кейт на Фелисити.