— Никто ничего не говорит. Но раз такое дело, значит, в городе стало не безопасно. — Он пожал плечами. Вы даже не представляете насколько.

— Раз так, давайте мы вас лучше проводим. Смеркается. — Блондин указал на небо.

В совместной прогулке никто из нас ничего зазорного не видел, и потому мы вшестером двинулись к воротам Академии, попутно болтая о всякой ерунде.

Блондинчик оказался очень даже романтичной натурой, напоминал мне героев из романов, которые любили читать сестры. Эдакий таинственный, молчаливый, говорит только то, что цепляет либо душу, либо разум.

С ним было приятно, но мы уже дошли до высоких кованых ворот, а ребятам еще нужно было успеть попасть в свою Академию до закрытия.

— Через три дня мы опять будем писать на площади. Придешь посмотреть? — спросил у меня блондин, а я растерялась. Хотя…

Почему бы и да? С Дивасом все кончено, а с женихом ловить нечего. Так ведь?

— Прости, не могу, — ответила я, решив не давать парню ложных надежд и не обманывать себя.

Мы скользнули в ворота, оживленно обсуждая приятное и неожиданное знакомство и делясь впечатлениями, кто кому приглянулся.

Вот только мое настроение быстро стухло, стоило заметить, что следом за нами в ворота вошел Эзер, нарисовавшийся будто из воздуха.

Портанулся, что ли, опять? Тьфу ты. Порталом пришел.

— Ну а тебе, Рин, приглянулся этот блондинчик? — щебетала Мей, абсолютно не замечая, кто за нами идёт и, возможно, все слышит. — Ты ему очень даже.

— И мне так показалось, — согласилась Тери. — Ну, что о нем думаешь?

Что бы я ни думала, сейчас хотела сказать только одно, да так, чтобы чертов бабник услышал.

— Очень даже милый. Мы договорились встретиться на днях! — заявила я девчонкам, а они, вместо того чтобы обрадоваться, резко стихли, заметив Эзера.

— Ой. — Тери толкнула меня, думая, что я не в курсе преследования, но мне только это и было нужно.

Не знаю, будет ли господин дракон ревновать или просто злиться, главное, что между нами опять появятся проблемы — эдакая непреодолимая пропасть, оттягивающая моменты не желаемого мной сближения.

— Профессор Рисс! — воскликнула Мей так, словно увидела призрака. — Добрый вечер!

Глава 29

— Добрый, — отозвался дракон, старательно пытаясь придать лицу не гневное выражение лица. Слабенько получалось.

— Мы, наверное, пойдем, — выдала вдруг Мей. Вот же мелкая предательница! Куда?

— Да, пойдемте! — Я спохватилась и вцепилась в девчонок еще крепче, не позволяя им оставить меня тут на съедение этому… дракону.

— Да, Рин, у нас с тобой еще куча домашней работы, которую нужно делать вместе. — Хоть у Тери голова не отключилась от нервов, и она, крепче прижав мою руку, собралась стартовать.

Со стороны это все выглядело дешевым цирком, который лишь раздражал дракона. Но мне было все равно, лишь бы уйти.

— Рина, можно тебя на минуточку? — Эзер вроде как спросил, но все мы услышали прямой приказ.

— Сейчас? Тери ведь сказала, у нас куча домашки, — попыталась отвертеться я. — Так что давай потом, — произнесла и засеменила прочь.

Мы устало завалились в комнату подруг и попадали на кровати. Проболтали еще полчаса, и тогда мне пришлось тащиться в свою комнату, чтобы выспаться хоть сегодня.

Но едва я завернула в холл, как чуть не вписалась в Эзера.

— Ты что тут делаешь?! — выпалила я глупый вопрос.

Что-что? Стоит.

Может, меня поджидает, а может, и случайно тут оказался. Какая разница?

— В следующий раз, когда я попрошу тебя отойти со мной, отойди, — отчеканил каждое слово дракон, сопровождая свое требование предупредительным взглядом, чтобы до меня уж точно дошло. — Иначе потом не жалуйся, что выцепил тебя и поставил в неловкое положение перед подругами. Это был первый и последний раз.

Он выглядел непривычно пугающим и строгим.

Я даже ощутила себя мелким ребенком, провинившимся перед грозным взрослым, но вовремя вспомнила, кто кем является на самом деле.

— Не понимаю, почему я вообще должна с тобой куда-то отходить и с какого перепугу ты решил, что можешь ставить меня в какое-то там неловкое положение, — отчеканила я не менее принципиально. — И не надо сейчас про вязь истинных и прочие неприятности. Ни метка и ни что другое не дает тебе права указывать мне, что делать.

— Вот как? — Эзер вскинул брови. — Так у нас тут бунт?

— Не бунт, а четкое распределение границ, с которыми тебе придётся считаться.

— Что насчет тебя самой? — Дракон склонил голову, пронзая меня ледяным взглядом. Я уже и забыла, побывав в его пламени, что Эзер может быть холоден и неприступен, как сейчас. Как тогда, в день помолвки… — Тебе, значит, можно нарушать эти самые границы?

— Я ничего не нарушаю, — отрезала я, отвечая на пристальный взгляд таким же пристальным.

— Неужели? Тогда тот белобрысый, которому ты назначила свидание, мне, стало быть, просто привиделся? — Лазурные глаза дракона почернели, становясь совершенно чужими.