Красивая темноволосая дракониха выпорхнула из книжного магазинчика. Вся такая нежная, невесомая. Казалось бы, отчего сердце покрывается шипами при виде нее?

Все просто.

Это смазливое личико я не могла не узнать. Точнее, я не могла его забыть, ведь именно эту дракониху я застала в объятиях несостоявшегося жениха в день нашей помолвки.

Брюнетка увидела кого-то в толпе и растеклась в игривой улыбке.

Сердце стукнуло еще раз и остановилось. Я молча наблюдала, как к ней приближается мой нареченный.

Остановился и что-то говорит, наверное. Лица его не вижу. Встал спиной.

Темно-синий камзол, накрахмаленный ворот рубашки, черные брюки, «обнимающие» длинные крепкие ноги. Вырядился так, будто не на прогулку вышел, а на свидание.

Хотя разве это не оно?

Даже причесался по-другому!

Укол ревности вошел в сердце, и я крепко сжала кулаки.

Вот же прохвост. Что этот чешуйчатый там сказал вчера? «Ты слепая, мне, кроме тебя, никто не нужен»?

Ну да, теперь вдвойне охотно верю.

Потому-то ты и водишься со всеми подряд! Включая… эту. Два года прошло, не надоела еще?

И почему явились именно сюда? Другого места для свидания не нашлось?

Дракониха потянулась к руке Эзера с такой тоской на лице, что я не сдержалась и отвернулась.

Делать мне больше нечего, как глаза свои им продавать!

— Рина, ты чего? — забеспокоилась Тери, заметив, как на моей голове зашевелились волосы от злости.

Я тут же заморгала и постаралась вернуть лицу невозмутимый вид.

— Все в порядке, — заверила я, высоко задрав свой нос.

Буду я тут еще сырость из-за ящера разводить! Не дождется!

— Простите, вы не видели..? — Долетели до меня слова незнакомой женщины.

Она была такой уставшей, что едва держалась на ногах, но продолжала тыкать равнодушным прохожим в лицо чьим-то портретом.

— Это моя дочь. Она пропала. Вы не видели её? — говорила женщина, и я, не успев дать себе отчёт, кинулась к ней и схватила фотографию.

Нет, эту девчонку я не знаю.

Но почему же тогда чуйка толкнула меня к ней? Такая молоденькая, такая красивая и, скорее всего… мертвая.

Точно мертвая!

Я ощутила от портрета такой холод, что мигом отдёрнула руку.

Девочка умерла не своей смертью. В мучениях, агонии и отчаянии!

— Вы видели её? — спросила меня женщина со слезами на глазах, и я застыла.

— Простите, нет, — шепнула я и просто не смогла удержаться, чтобы не коснуться плеча несчастной матери и не послать ей тайком импульсы умиротворения.

Увидь кто, что я сейчас вытворяю за пределами Академии, простым наказанием бы не отделалась. Вылетела бы с треском.

Но иначе я не могла.

Да проклянут меня Стихии, если оставлю эту женщину медленно сгорать в агонии, ожидая дочь, которая никогда не вернётся.

— Рина! — окликнула меня Мей, и со страдалицей пришлось расстаться.

Она вернулась к прохожим, продолжая показывать потрет. Ее сердце все еще разрывалось и ныло, но слезы перестали опалять разъеденные солью щеки.

Несчастной матери стало чуть спокойней на душе. Со временем станет еще немножечко легче. И мне от этой мысли теплее.

Жаль, я не могу больше ничего для нее сделать.

Я бросила еще один взгляд на незнакомку и подалась в толпу, окружившую площадку. Первыми вышли шуты с совсем несмешными номерами.

Девчонки заскучали и решили прогуляться за напитками, а я осталась смотреть дальше. И не зря.

Акробаты порадовали. Такие вещи вытворяли!

Не без магии, конечно. И зуб даю, у каждого из них в кармане припрятан артефакт удачи.

Я с удовольствием наблюдала за действом, как вдруг ощутила чересчур пристальное внимание.

«Это не чужой. А свой. Но беспокойный», — подсказало ведьминское чутье, и я поспешила разобраться, кого же успела вывести из себя.

При том ничего для этого не делая!

— Добрый день, Рина. — Эзер пристроился возле меня во всем своем великолепии.

А куда делась драгоценная драконша? Решил не ограничиваться одной девицей?

— Теперь я сильно сомневаюсь, что он добрый, — хмыкнула я.

Эзер, ожидаемо, колкости не оценил. Я уже хотела спросить, за какой редькой он пожаловал, как дракон изъяснился сам.

— Зачем ты подходила к той женщине с портретом? — спросил он…

К той несчастной матери? Видел?

Вот же глазастый! Я думала, он слишком увлечен своей пассией, чтобы меня заметить.

— Вы с ней знакомы? — продолжил Эзер цепочку странных вопросов.

И если бы я не знала, чем промышлял драконище до прихода в Академию, то непременно бы задумалась, откуда такой ярый интерес.

Господин сыщик из секретной службы Его Величества все не может попрощаться с профессиональными привычками? Хотя он, кажется, ни с чем не расстается. Если что-то хочет, то берет. Измором…