– Я просто думаю, видели ли вы то, что я доставала жвачку в перерыве на занятии или нет. Если да, а я скажу, что у меня ее нет, то выйдет нехорошо. Если не видели и скажу, что она у меня есть, то придется вам дать, а потом снова и снова. Кто-то увидит, что я вам даю и потом обязательно скажет «дай». И в итоге… сплошные затраты, – гениально, мать вашу. Какой процент людей признается в том, что ненавидит делиться жвачкой?

– Правильно. Если каждому давать… продолжи.

– Эээ… то сломается кровать.

– Ммм… еще. Попытка номер два. Если каждому давать…

– Можно совесть потерять, – ничуть не задумываясь, выдает Женя.

– Дубль три, – усмехаюсь в голос.

– Если каждому давать, плохо ночью будешь спать.

– Накидываю балл за креативность к общей оценке. Однако, ответ неправильный. Если каждому давать, то себе ничего не останется.

– Это не рифмуется, – возмущенно бросает она.

– А я тебя просил рифму?

– Нет. Но вы просили просто продолжить. Я продолжила.

– Ладно, принимаю твое замечание. Ну так что там с жвачкой? Кстати, я тоже никому и никогда их не давал. Закидывал в рот исключительно в одиночку.

– В ваши студенческие годы тоже были жвачки? Я хотела сказать, что были такие же упаковки, в которых было много жвачек? – это что, она меня сейчас старым назвала?

– Были. Ну так что там с жвачкой? – снова повторяю свой вопрос.

– Сейчас дам. Ой, нет, – разочарованно бросает Женя. – Оказывается реально закончилась.

– Не проблема, – открываю ящик в столе. – Возьми, – протягиваю ей леденец. – Соси.

– Зачем? – непонимающе уставилась на меня.

– Чтобы сосала.

– Вы предлагает мне взять конфету в рот и сосать ее… при вас?

– Можешь выйти в коридор и там пососать, если я тебя этим смущаю.

– Спасибо, но я не хочу сосать конфету ни при вас, ни в пустынном коридоре.

– Я тебя вообще не спрашивал, чего ты хочешь. Так надо. Это активирует мозговую деятельность. Пососешь, возможно, придет в голову ответ на задачу, и ты меня приятно удивишь. Давай быстрее, Жень, работы много, – вот тут уже не вру. Работы и вправду до хрена.

– Ах, вот оно что.

– А ты что подумала?

– Лучше вам не знать, о чем я подумала. Ну, разве что, ради эксперимента пососу леденец.

– Соси.

И все-так она забавная. Через несколько секунд Женя, кажется, вообще забыла о том, что здесь не одна. Слишком любит сладкое.

– Ну как там мысли?

– Вспомнила, что надо купить хлебушек.

– Мне тоже. А по задаче?

– Я сдаюсь. Бред какой-то. Здесь может быть все, что угодно. Никаких точных данных.

– Давай ее мне, – беру бумагу в руки и читаю условие задачи.

– Ну и что там?

– Понятия не имею, – вполне серьезно произношу я после очередной перечитки условия. – Я с тобой соглашусь, здесь бред неясной этиологии. Может быть все что угодно. Уберем эту хрень из списка задач.

– Итого мне пять? – поинтересовалась Женя, открыто улыбаясь. Так, определенно на нее так действует сладкое.

– Не наглей, – протягиваю ей стопку с задачами. – Давай только сразу читай условия задачи и по возможности отвечай.

– Хорошо. Только я сначала быстренько прочитаю сама.

Получилось и вправду быстренько. Через пятнадцать секунд Женя начала читать задачу вслух.

– Больной «М»…

– Ой, нет, – сразу перебиваю ее я. – Давай ему дадим имя. Надоели уже эти просто «М». Никакого разнообразия.

– Максим?

– Мне больше нравится Михаил. Точнее не нравится, поэтому будет он. Был у меня один университетский товарищ. Мерзкий тип. Итак, захворал у нас Мишка.

– Тридцати пяти лет. При поступлении жалобы на боли в области сердца, одышку, слабость и быструю утомляемость. Объективно, выраженные отеки на нижних конечностях, асцит. Перкуторно размеры печени увеличены. Со слов больного перенес ОРВИ две недели назад. По анализам и…

– Я сам, – забираю у нее задачу и дочитываю данные. – Ну и какое заболевание у Миши? И желательно этиопатогенез.

– В результате ОРВИ развился острый диффузный миокардит. Из-за воспаления в миокарде возникает первичное ослабление работы сердца в результате нарушения образования энергии. Так как правые отделы сердца анатомически более слабые, развивается правожелудочковый тип сердечной недостаточности. Застой в большом круге кровообращения. Отсюда и признаки правожелудочковой недостаточности: одышка, асцит, тахикардия в покое, падение МОК, цианоз.

– Зараза какая, – спустя несколько секунд все же не выдерживаю я. – Так даже неинтересно.

– Что?

– Может быть, я хотел с тобой побеседовать, а теперь придется ставить тебе пять и отпускать с миром. Иди отсюда. За каждое опоздание после ночного дежурства, даже если оно на пятнадцать минут, – задача.

– То есть на занятие вы меня пустите?

– Да, если опоздание после дежурства.

– Спасибо, Алексей Викторович. Тогда до свидания.

– Пока.