— Помочь хотели, — разводит руками. — Он же каждой жениться обещал. Выдумывал разные небылицы. Тянул деньги, подарки. Хотите сказать, вы не в курсе?

— Что? — вскидываюсь. — Нет, конечно.

— Ну в общем, этот Андрей многих одурачил. И дальше бы свою игру продолжал. Но видно, у одной из его «жертв» нашелся кто-то серьезный. Повезло вывести афериста на чистую воду.

Дальше я узнаю, что Андрей уже давно промышлял мошенничеством на сайтах знакомств. Некоторые из одураченных им женщин писали на него заявления в полицию, но доказательств набиралось недостаточно, притянуть его к реальной ответственности никто не мог.

До недавнего момента, когда в полицию отправили детальное досье. С перечнем жертв.

Похоже, кто-то взломал телефон Андрея. Его компьютер. Появилось гораздо больше доказательств.

Некоторые схемы он проворачивал вместе со своими приятелями.

Например, разыгрывал все так, будто его преследуют бандиты, угрожают, хотят бизнес отжать. И наивные женщины соглашались ему помочь. Перечислить деньги, пока он скрывается от своих врагов и не может пользоваться личными картами. Все эти переводы шли на тех приятелей, которые как раз и отыгрывали бандитов в постановочных роликах. У Андрея были даже видео из больницы, куда он якобы попал после избиения.

Брат моей подруги всегда пользовался успехом у девушек. Помню, ведь и сама с ним встречалась. Пока не застала его на горячем. С другой.

Выходит, он свой талант решил так цинично монетизировать?

— Не знаю, кому этот Андрей дорогу перешел, — вдруг заявляет следователь. — Но копнули под него круто. Обычно в таких делах толком ничего не доказать. Потому те, кто раньше на Андрея заявления писал, ничего не смогли добиться. Мало ли кто там и чего обещал? Однако сейчас доказательств хоть отбавляй.

Андрей брачный аферист.

Кто бы мог подумать?

Из участка выхожу в смешанных чувствах. Получается, Медведь не на пустом месте все организовал. Теперь понятно, почему он так про Андрея выразился, когда мы говорили.

Видимо, быстро информацию собрал.

И в чем еще Медведь может оказаться прав?

С тревогой смотрю на телефон. Моя сестра так ничего и не дает о себе знать. На Лену это совсем не похоже.

Что происходит? Где она?

Тревога нарастает все сильнее.

+++

— Босс, эту девчонку Осман забрал, — докладывает помощник. — Мы все проверили.

Сам уже понял.

Видно, младшая сестра такая же бесячая как и старшая. Тагиров не похож на того, кто станет действовать опрометчиво.

А похищать дочку прокурора, пусть и бывшего, это дохуя как опрометчиво.

— Что за история с убийством? — спрашиваю. — Выяснили?

— Доказательства есть. Показания свидетелей. Отпечатки. Сейчас у полиции только один подозреваемый. Она.

Ясно.

Что нихуя не ясно.

Показания можно дать какие угодно. Опечатки в офисе понятно, что найдутся. Девчонка там на практике была.

— Отправь кого-то к Осману, — говорю. — Надо забрать у него девчонку. Но осторожно. Понял?

— Понял, босс, сделаем.

Не хотел вступать в открытый конфликт с Тагировым.

Только кто откажется от такого охуительного козыря?

+++

история про Османа и сестру Маши называется "ВОЗЬМУ ТЕБЯ" -

47

Медведь приезжает в больницу. Регулярно. Навещает Айдарова, привозит и забирает его жену.

Воспоминание про супругу Айдарова неприятно царапает.

Такая красивая девушка. Совсем юная. Вчера мы столкнулись в коридоре, и я не могла не заметить ее подавленное состояние. Она и раньше не сияла от радости, когда приезжала навестить Айдарова. Однако вчера вид у нее был особенно потерянный. Нельзя было не обратить внимание на дрожащие плечи, на искусанные губы.

Но что я могу сделать? Ничего. Их отношения вообще не мое дело. И даже если попробую вмешаться. К чему это приведет?

Глупо.

Накрывает бессилием.

И мне приходится игнорировать происходящее под боком.

К счастью, мы с Медведем больше не разговариваем. Он не подходит ко мне ни разу. И это уже очень хорошо.

Сейчас я бы не выдержала его давления.

Про сестру никаких новостей. Обвинения против нее очень серьезные. Отец рассказывает мне все детали. Никто из нас не верит, что Лена могла пойти на такое, напасть на кого-то. Но…

— Это могла быть самозащита, — мрачно замечает отец, когда мы с ним встречаемся сразу после моего возвращения в город.

— Думаешь, Хромов мог, — запинаюсь. — Напасть на нее?

— Такой урод на любую мерзость способен.

Он качает головой, растирает переносицу большим и указательным пальцем. А меня в очередной раз пронизывает чувство вины за молчание. Не стоило скрывать эту дурацкую практику.

Лена бы обиделась на меня. Но тогда бы отец попросту не отпустил ее никуда, и она бы не попала в такой чудовищный переплет.

Лучше так, чем…

Обрываю мысль. Глупо сейчас себя винить.

Телефон вибрирует, и я каменею, заметив контакт, который сейчас высвечивается на экране.