Она судорожно глотает, взгляд бешеный, метается. Но я знаю, что никуда не денется. Да и не хочу, чтобы делась.

— Рамиль… — голос у неё тихий, срывается.

— Что, милаха? — протягиваю, пальцами проводя по её спине. Медленно, нарочно давя на нервные окончания, заставляя её вздрогнуть. — Давай, скажи. Не сдерживайся.

Её руки всё ещё сжимают мою кофту, но теперь пальцы сжаты так сильно, что костяшки побелели. Я вижу, как в её глазах проскальзывает паника, но не от страха. Оттого, что она не знает, что с этим делать. Со своими ощущениями. С тем, как на них реагировать.

— Ты… ты пользуешься положением, Рамиль, — всё-таки выдавливает, но голос предательски дрожит.

— Я и не отрицаю, — ухмыляюсь, наклоняюсь ближе, впиваясь взглядом в её губы. — Дай угадаю. Ты сейчас думаешь, что лучше бы не соглашалась сюда ехать? Что надо было свалить, пока была возможность?

Она медлит. Всего секунду. И этого мне достаточно.

— Поздно, — роняю одними губами перед тем, как грубо накрываю её рот своим. Целую глубоко, жадно. Захватываю, требую. Её губы мягкие, сладкие, и когда она едва слышно всхлипывает от напора, меня окончательно срывает.

Ладонь скользит вверх по её спине, пальцы сжимают затылок, удерживая на месте. Я чувствую, как её тело предательски поддаётся. Как напрягаются мышцы живота. Как её пальцы цепляются за меня, хоть она и не осознаёт этого. Милаха пробует сопротивляться, но я легко перехватываю её дыхание. Открываю её губы, врываюсь внутрь, наказывая за каждую попытку отстраниться. Я чувствую, как она сдаётся. Как дыхание становится рваным.

Отстраняюсь на секунду, не давая ей даже вздохнуть.

— Давай, милаха, — хриплю, снова касаясь губами её уха. — Говори, что тебе не нравится.

Она пытается что-то сказать, но только тянет воздух ртом, как будто не может прийти в себя.

— Я… — срывается шёпотом. — Ты…

— Я что? — сжимаю её бедро сильнее, вжимая в себя. — Давай, не стесняйся.

Но она молчит. А я и не сомневался.

— Вот и хорошо, — выдыхаю, снова погружаясь в этот чёртов сладкий поцелуй, который, кажется, разжигает во мне что-то неконтролируемое.

***

Богдана

***

У меня сердце колотится как ненормальное. Со мной точно что-то не то происходит. Может, к врачу записаться? К какому доктору в таком случае идут? К психотерапевту?

Губы всё ещё горят от его поцелуя. Ресницы будто склеились, веки тяжёлые, не распахиваются.

— Это ты так на продолжение намекаешь, милаха? — его голос слишком издевательский. Слишком самоуверенный. Слишком бесячий.

Ну конечно, куда без его издевательских шуточек? Готова сквозь землю провалиться от стыда. Потому что снова позволила ему взять всё под контроль.

— А это всё, на что ты способен? Вытащить меня на лёд и воспользоваться ситуацией, когда я напугана и беспомощна? - В ответ я его цепляю. И самое ужасное, что я не хочу этого делать. Но он как-то сам провоцирует. Выводит. А я ведусь.

— Это сейчас намёк, что по своей воле ты бы не постанывала от удовольствия? - Губы свои в этой бесячей улыбке растягивает. Дёргает меня за невидимые ниточки.

— Это было оттого, что ты меня вжал в себя так, что дышать было невозможно. И я не стонала, а хрипела! Хрипела оттого, что задыхаюсь! Знаешь, девочки в универе говорили, что у тебя опыта много, я начинаю в этом сомневаться!

Скалится, гад, и в следующую секунду…

— Рамиль! - Я визжу, потому что он отъезжает. Оставляет меня одну! А рядом нет ничего, кроме этого самодовольного индюка. До первого бортика далеко. Мамочки!

Я нервно машу руками, пытаясь удержать равновесие. Боже, только бы не упасть! Но чем больше дёргаюсь, тем хуже. Лёд предательски скользкий, а я полный ноль в катании. А Рамиль - козёл!

— Рамиль, вернись! - Визжу так, что у самой уши закладывает.

— К чему тебе такой неопытный? Суды по всему, ты всё хорошо умеешь сама.

Он ухмыляется, но не торопится ко мне. Засранец. Ещё и обидчивый какой. Тоже мне! Я ещё много чего ему сказать хочу. Когда его на ринге бьют, то тоже себя так ведёт? Но вовремя язык прикусываю. Так и нарваться можно.

— Я не справлюсь!

— Справишься.

— Нет!

— Да!

— У меня ноги разъезжаются! — пищу, пытаясь удержаться.

Он подъезжает, но не хватает меня, как я ожидала. Нет, этот гад делает ещё хуже. Берёт мои руки и вытягивает их в стороны.

— Ты что творишь?! - Я сейчас здесь от сердечного приступа откинусь. Божечки!

— Равновесие держи, милаха. Тебе это пригодится.

Кожу на шее покалывает от его горячего дыхания. Он рядом. Совсем близко, но не касается меня. Не держит. Гад!

— Ты мне нужен как опора! - Если бы могла, то и ногой бы притопнула. Но страшно, что если хоть как-то пошевелюсь, то упаду.

— Ты себя должна удерживать. Или хочешь постоянно от меня зависеть?

Он знает, что меня это бесит. Боже, как же он играет на нервах! И это срабатывает. Я зубы стискиваю от злости.

— Давай.

— Я упаду!