-- Маш, я когда говорил, что всегда буду рядом, я не шутил. И что жениться на тебе хочу -тоже. Со временем.

-- Почему?! Зачем, Матвей? Ты не любишь меня, да я тебе даже не нравлюсь особо! Ты всё время уезжаешь куда-то, да тебе дела до меня нет никакого.

-- Ошибаешься. Ты важна для меня. Как и я для тебя. Просто ты не понимаешь это сейчас, у тебя гормоны гуляют, но это пройдет. У тебя временное помутнение, мы же очень похожи, Маш.

-- Чем? – Ни черта не понимаю, что это за разговор такой странный у нас получается. Вроде и говорит обычные слова, но к чему клонит, неясно.

-- Нам одно и то же нужно от жизни, и мы прекрасно можем это дать друг другу. Ты просто иногда ведешь себя как ребенок, но ты же умная девочка, Маш. Иначе я бы к тебе не подошёл в том клубе.

-- Ты меня слышишь вообще? Матвей, я другого люблю!

-- Нищего рыжего фрика, которого Леднёв везде за собой таскает? – Таращусь на Савельева, а он усмехается. – Думал, ты перебесилась. Хотя… Это ничего не меняет.

-- Ты знаешь про Даню?! – Тупой вопрос, да, но я не знаю, что еще сказать.

-- Я всё о тебе знаю. – Наливает мне немного коньяка и передает рюмку. – Выпей, ты напряжена слишком. Маш, он идеалист, понимаешь? Нищий гордый бессребреник, который отказался от состояния отца. Ты хоть представляешь, какие это деньги?! Работает на Леднёва, даже дружит с ним, а всегда будет жить «от зарплаты до зарплаты». У такого, как он, никогда не будет ни денег, ни влияния, ничего. А мне дружба с Ледневым очень поможет.

-- Поможет? – Чего он несёт? Какая дружба? И как он вообще смеет так о Рыжем говорить? Козёл!

-- Уже помогла, Маш. Ты даже не представляешь, сколько всего мы можем с тобой получить. Тебе нужны деньги, Малыш, много, очень много денег. И статус. Я тебе это дам, а он – нет. 

Встает с кресла, подходит к бару, вытаскивает бутылку вина, наливает алкоголь в высокий красивый бокал. А я… я кажется начинаю что-то понимать.

-- Помог? Кто? Леднев? Никита? У тебя с ним дела какие-то?

-- Пока нет, но будут. И не с ним, а с его отцом! У этого человека столько власти и влияния... Маш, да я год не мог к нему прорваться, никакие знакомства и деньги не помогали. А всего пять минут разговора на приёме в мэрии и у меня есть инвестор. Под новый бизнес, Малыш. Очень перспективный новый бизнес.

— Никита, да? — Перебиваю Савельева, но сама уже знаю ответ. — Он достал туда приглашение тебе. Поэтому я, да? Твой входной билет?!

Как всё просто! Это же очевидно! Почему сразу не поняла?! Да он о Варе чаще спрашивал, чем как у меня дела!

— И Леднёв согласился? Помог тебе?! Из-за меня? Да он меня...

— Он отца твоего от тюрьмы спас. Думаешь, там всё так просто было и легко?! Пока тебя так любит его девочка, он всегда поможет. Тебе. И мне, Малыш.

— Ну ты и сволочь! — Выплескиваю, наконец, из себя то, что накопилось. — Да если я б знала...

— То что? Ты нищая, Маша, тебе даже жить негде. Всё, что у тебя есть – это дружба с девочкой Леднёва, но монетизировать эту дружбу ты почему-то не можешь. А я могу. Ты даже не смогла попросить у Ника денег и, как дура, квартиру продала зачем-то. Я завтра же выкуплю твою квартиру обратно, хочешь? У папы твоего новая пекарня будет или ... да что угодно! Просто... истерику прекрати и головой подумай!

Смотрит в глаза, а мне уже страшно немного. Вроде и не угрожает, а прям чувствую, просто так меня не отпустит.

— Я говорил, что у тебя будет всё. Просто помоги мне, Маша. Я ведь тоже немало для тебя сделал. А? Если так неймется, спи со своим парнем, время от времени. Я не против. Это сделка, Малыш. Хорошая для тебя сделка! Я умею делиться, ты получишь больше, в разы больше, чем можешь представить.

— Ты не просто так ко мне подошёл тогда в «Небе»? Ты знал, кто я, да? Оксана? Стёпка?

Меня реально трясёт от его слов, глотку бы перегрызла. Он такой же как ... Луиза. Да, точно!

— Оба. Степа – двоюродный брат моего одногруппника, а Ксюха всегда была дурой, хоть пять кандидатских защитит. Даже мужика не смогла удержать рядом. Когда узнал, что меня сам Леднёв ищет, понял, что не ошибся в тебе. Тебя тогда чуть не посадили. Ладно, Маш, давай договоримся. Ты получишь два процента от моей сделки с Дмитрием Леднёвым. Это несколько миллионов. А сейчас я куплю тебе квартиру, отцу тоже помогу, за него не волнуйся. Просто будь рядом, Маш, как мы и договаривались.

Присаживается на корточки рядом, берёт мои ладони в свои руки. А я сижу оцепенело в кресле и просто отказываюсь верить, что это все правда.

-- Да пошел ты! – Вскакиваю с кресла, отталкиваю от себя Савельева, который пытается меня удержать. – Козёл!

Слышу трель моего мобильного. Так, где сумка? В коридоре, кажется. Ни минуты тут больше не останусь! Вот же подонок! Трясет всю внутри.

Он не дает мне уйти, держит больно за локоть, разворачивает к себе. Он зол, очень зол. Никогда прежде его не видела таким. Напряженным и… опасным? Вот черт! Только этого не хватало. Мы же тут одни!