-- Уймись, дура! – Толкает обратно в кресло, да так сильно, что чуть локоть не ушибла об подлокотник. – Будешь делать, что скажу! Поняла?

-- Только тронь меня! Места мокрого не останется! Да тебя…

Попыталась было встать, а он вдруг замахивается на меня. Не успею увернуться, сейчас ударит! Сжимаюсь в кресле, но… удара не последовало.

Он чертыхается, а я еле успеваю дух перевести. Смотрит на меня ненавидяще, а сам вытаскивает из кармана мобильный. Телефон продолжает вибрировать, он не торопится отвечать. Может, сейчас рвануть?

— Привет! Рад тебя слышать.

Не знаю, кто ему позвонил, но если узнаю, поставлю свечку за здравие этого хорошего человека!

— Да, она здесь, со мной. Всё в порядке, Никит! Ничего не случилось.

Никогда, господи, никогда в жизни я не была так рада Ледневу, как сейчас! Пусть это будет он! И я больше не буду даже думать о нем плохо! Пожалуйста!

— Без проблем, Ник. — Передаёт мне трубку, а сам что-то зло шепчет, да плевать!

— Ник! Забери меня отсюда! Пожалуйста! Сейчас!

— Ты у него дома?

—Да, это...

— Знаю. Не отключайся, пока меня не увидишь. Буду через три минуты. Выходи на улицу. А пока дай ему трубку.

— Это тебя!

Савельев уже улыбается, ни тени напряжения, такой расслабленный стоит, будто не собирался меня ударить минуту назад. Вот же подонок! Как я могла так ошибиться?!

— Да все в порядке... Она перенервничала, ты ж ее знаешь...Ладно. Без проблем.

Его мобильный снова у меня в руках. Прям как защитный артефакт какой-то!

— Маш, я уже выезжаю. Не зли его, хорошо? Спускайся к подъезду.

Хватаю пальто, сумку, случайно смахиваю с тумбочки в коридоре какие-то предметы. Ключи с навороченным ярко-красным брелоком. А еще помаду. Женскую, разумеется. Мне вроде должно быть плевать, но все равно противно.

Матвей идёт рядом, даже коснуться не пытается, но я на всякий случай спиной к нему не поворачиваюсь. Леднев что-то говорит, кажется о том, какая я дура, что пошла к мужчине домой, чтобы разорвать с ним отношения. Знал бы он! Ничего, обязательно узнает. У подъезда вижу Валеру, того самого качка, которого Леднев ко мне приставил. Ну надо же! Он не подходит к нам, но глаз с Савельева не спускает. Чувствую себя как в каком-то дешевом боевике из 90-х.

— Маш, ты всё неправильно поняла. Я немного вспылил, не могу тебя отпустить, Малыш! — Мы стоим у подъезда, я уже вижу вольво Никиты. — Это бизнес, Маша. Подумай!

— Ещё раз дотронешься до меня, тебе яйца оторвут и в задницу засунут, понял? — Говорю громко, чтобы и Валера тоже слышали. — И лавку твою так хакнут, что у пингвинов башмаки свои забирать будешь!

Он молчит, смотрит на Никиту, который уже вышел из машины. Слава богу! Точно свечку в церкви поставлю!

— Садись! — Кивает мне, а сам подходит к Савельеву. Не знаю, о чем они говорят. Может, в морду ему даст? Я б дала! До сих пор потряхивает. А если б Ник не позвонил? Рыжий убьёт, если узнает. Причём сначала меня.

Никита уже в машине, мы, наконец, уезжаем. А Матвей так и остался стоять у подъезда. Пусть я больше никогда его не увижу!

Глава 50. «Какая же ты скотина, Леднёв»!

-- Ты как вообще узнал, где я? Спасибо-спасибо, Ник. Ты не представляешь…

-- Даня знает? Варе позвони, скажи, что все нормально. Ты ей на звонок не ответила, вот она и забеспокоилась. Знала, с кем ты встретиться захотела. Валера сказал, куда ты уехала.

Молчу. Даня… Как сказать-то? Может, не говорить? Пишу быстро Барсуковой, что все нормально, что очень-очень рада, что она у меня такая въедливая. И, наконец, выдыхаю!

Никита привозит меня в свою квартиру, я здесь эти месяцы бываю чаще, чем у себя. Но да, Савельев прав, я теперь с полным правом могу называться бомжихой. Жить и, правда, негде. Хотя…

-- Слушай, Ник! Ты зачем достал Матвею пригласительные на этот прием в мэрии? Ты знал, что он туда специально попасть хотел?

-- Ага. У него будет проект с моим отцом. Ты об этом?

Вот обещала себе не думать плохо об этом засранце! Но его невозмутимость просто выбешивает!

-- Он использовал меня, понимаешь?! Он со мной встречался только ради того, чтобы к тебе пролезть!

-- Ты лучше скажи, что он сделал? Угрожал? Ударил?

-- Не успел, ты позвонил. Хотел, чтобы я продолжала быть его девушкой, ну или притворялась ей. Он всех использовал! Меня, тебя, твоего отца теперь! И тебе все равно?

— Почему? Как я понял, там высокомаржинальный бизнес, папа как раз такие и выбирает. Савельев — талантливый предприниматель, кажется, я тебе говорил уже об этом.

— Ага! Талантливый! — Взвизгиваю от возмущения. — Людей юзать, вот и весь его талант! Ты вообще слышал, что я сказала?!

— Слышал, Маш. Тебе коньяк налить? Не встречал прежде женщин, которые столько пьют и не пьянеют.