-- А я вот не верю. Так легко не отступится. Но я верю в Рыжего. И в себя, конечно.

-- Это ты вообще говоришь? А что с Матвеем?

-- Да ничего, мы с ним толком и не встречались. Самые странные и бестолковые отношения в моей жизни. Но он не виноват в этом, просто так получилось. Поговорю с ним сегодня. Он вернулся из Питера, написал сегодня утром, так что пересечемся где-нибудь, я ему все объясню.

-- Ты так спокойно об этом говоришь. Ты как бы с парнем порвать собираешься. Я никогда не верила в эти отношения, но все-таки… это легкомысленно как-то.

-- Сама говорила, что он не влюблен в меня. Все просто, не переживай!

-- А Даня знает, что с Матвеем сегодня встречаешься?

-- Нет пока. Потом скажу.

Никогда не думала, что буду испытывать чувство вины перед Савельевым, он много для меня хорошего сделал, вот правда. Мы с ним и толком не ругались ни разу, но Барсукова права, если он что-то и любит, то только свой бизнес. 

Мы договорились встретиться в пять в кафе рядом с его офисом. Не самая приятная будет встреча, но с этим надо заканчивать. В кармане лежат пятьдесят тысяч, что он мне однажды перевел на карту. Я их так и не потратила. Вообще, я не планирую их ему возвращать, но кто знает, как разговор сложится. Если сложится… слышу как в сумке телефон вибрирует.

-- Малыш, я дома, в обед плохо себя почувствовал. Может, приедешь ко мне? Машину я за тобой послал уже.

Стою как дура у входа в кафе. А раньше позвонить нельзя было. И ехать домой к нему совсем не хочется. Пока думала, не перезвонить ли ему и не перенести разговор, подъехала машина. За рулем незнакомый мужик.

-- Мария, добрый день. Матвей Андреевич просил вас отвезти к нему домой. Он звонил вам? Садитесь, пожалуйста.

Глава 49. «Я всё о тебе знаю».

Ага! Вот так прям и села. Мужик, я тебя знать не знаю и на тачке другой Савельев ездит. У меня со всеми этими убийствами-игорьками-плодовыми такая паранойя развилась, что даже не надейся. Верчу головой, может, тут где-нибудь держиморды Леднёва? Или он их отозвал уже?

-- А зовут вас как?

-- Виктор, я новый водитель Савельева. Не верите – позвоните ему.

Даже не сомневайся!

-- Матвей, а кого ты ко мне прислал?

-- В смысле? Водителя нового, Витю.

-- А выглядит как?

Смех в трубке. Обхохочешься просто!

-- Малыш, ты чего? Думаешь, тебя похитят и увезут туда, где никто не найдет? Маш, садись в машину. Жду тебя.

Лаконично как всегда. Ладно, поехали! Но в машине все равно пишу смску Варе. Ну а вдруг?

Паранойя оказалась просто паранойей и через пятнадцать минут я уже стою на пороге квартиры Матвея. Никогда у него не была, надо же, вот только сейчас здесь. Он и правда живет недалеко от Леднева, буквально минут семь-десять пешком. Стоит в дверях, улыбается.

-- Ну привет, Малыш. – Как обычно целует в щеку, а я уже хочу как можно скорее уйти отсюда. Не стала писать Дане, что встречаюсь с Матвеем у него дома. Рыжему бы это точно не понравилось, но надо как можно скорее закончить со всем этим.

-- Привет. Я не надолго.

-- Что-то случилось? – Аккуратно снимает с моих плеч пальто и вешает его в шкаф. – Мы очень мало общались в последние недели и это моя вина, Малыш. Я хочу исправиться.

Обнимает за талию и ведет в комнату.

У него небольшая квартира, как я вижу. Гостиная совмещенная с кухней и, кажется, еще спальня.

-- Будешь что-нибудь? Ты же коньяк любишь? – Достает из бара бутылку. – Рассказывай, Маш.

Мне неуютно здесь, хороший качественный ремонт, намного лучше, чем у меня, но всё какое-то слишком выверенное, холодное, выхолощенное. Как и сам Матвей.

Он сидит напротив на диване, меня усадил в кресло. Мягко улыбается, все как обычно, все нормально. Насколько безумной сейчас кажется мысль, что я собиралась выйти за него замуж. Ничего плохого мне точно не сделал, всегда помогал, когда просила, не надоедал, ничего не требовал, но такой чужой. Совсем не мой.

-- У нас ничего не получится, Матвей. Давай расстанемся. – Не самые простые слова, как я ни старалась, а все равно вину свою чувствую перед ним. Использовала его как могла, а он... – Да мы и не встречались толком. Несерьезно всё как-то было.

Поднимаю на него глаза, он не смотрит на меня, явно о чем-то напряженно думает. А я сижу и не дышу почти, реакцию его жду.

Вдруг улыбается, поднимает на меня взгляд, а у меня будто камень с души упал. Он улыбается. Ну слава богу!

-- Спасибо тебе за всё. Ты мне очень помог и рядом был, но…

-- Ты влюбилась, Малыш? – Чуть подается вперед и берет меня за руки. – Так, да?

-- Мне… ты извини, пожалуйста. – Пытаюсь встать, но он удерживает меня в кресле.

-- Сядь! Давай поговорим, наконец, Маша!

Эээ… А чего тут разговаривать-то? Вроде всё ясно. Если он о подарках, так без проблем, верну ему всё.

-- О чем говорить?! Я же ясно сказала!