— У тебя в зале сидела девушка? – растерянно выходит из меня.

— У меня нет девушки, — поясняет он, едва ли планируя меня впечатлить. – Но когда зритель играет на грани фола, ему стоит быть готовым к последствиям. Те, кто ходят на мои выступления, знают, что я не церемонюсь.

— Сестра сказала, что со мной ты был осторожен.

— Потому что я не бью лежачих. -- Кончик его сигареты вспыхивает от новой затяжки, а взгляд становится пристальным и задумчивым. -- Ты и так еле держалась.

— С чего ты это взял? – с возмущением переспрашиваю я, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

— Я работаю с залом и умею его читать. Не хочется, чтобы после моего выступления кто-то вернулся домой и стал мылить веревку.

— Думаешь, та брюнетка не побежит записываться на новую пластическую операцию, после того как ты ее отшил?

— Она-то? – Скептически поморщившись, Данил качает головой. - Вряд ли. Скорее, расскажет всем своим знакомым, что выступление было отстойным, и пойдет в бар, чтобы найти себе пару поклонников в успокоение.

— А ты действительно неплохо изучил свою публику, -- невольно улыбаюсь я, запихивая гаджет обратно в сумку.

Вместо ответа Данил шутливо кланяется и расплющивает окурок в пепельнице.

— Ну что ж, Диана, пойду дальше шутить свои грубые шутки. Жду тебя в зале.

— Удачи, — беззвучно роняю я, глядя в закрывающуюся дверь. 11. 6

Судя по вибрации стен и взрывам хохота, шоу Данила вернулось к микрофону и продолжилось. Одному богу известно, почему я до сих пор торчу снаружи и сжимаю в руке выключенный телефон. Костя, безусловно, мудак, и я никогда к нему не вернусь, но стоять здесь без него непривычно. За исключением рабочих будней и его коротких командировок, мы всегда были вместе, и не занятое им время так или иначе ощущалось как пустота.

Поборовшись с собой, я все же нащупываю кнопку сбоку. На экране вспыхивает логотип откусанного яблока, а через несколько секунд телефон начинает гудеть от уведомлений. Среди них я обнаруживаю сообщение от Арины, жены Костиного приятеля, с которой мы в последнее время довольно сблизились.

«Диана, привет! Эрик попросил тебе написать и спросить, где ты. Я так понимаю, вы с Костей поссорились?».

Все остальное — смски о пропущенных звонках Кости и несколько сообщений в мессенджере с виртуальным ором "Где ты?" и угрозами силой вернуть меня домой.

«Пошел ты», — чеканю я вслух, а после заношу его номер в черный список и блокирую везде, где только можно. Это куда проще, чем тащиться в салон связи и менять сим-карту.

— Ты где так долго была? – Тея смотрит на меня с праведным возмущением. – Я тут в одиночку чуть живот не надорвала.

— Дышала воздухом, сказала же… — Я машинально ловлю пристальный взгляд со сцены и быстро отвожу свой. – И еще курила.

Данил тем временем успел переключиться на мужчину в костюме и даму в блестящем платье.

— Ребята, вы выглядите так, будто зашли не в ту дверь, – с улыбкой замечает он, сидя на корточках у самого края сцены. -- Корпоратив Газпрома проходит на другой улице, в курсе?

Пока зал смеется, он спрыгивает вниз и подходит к их столику.

— Итак, представьтесь. Как вас зовут?

— Мила, — чересчур мягко, а потому не слишком естественно произносит женщина.

— Мила, рядом ваш муж?

— Да.

— Как его зовут?

— Анатолий.

Данил выразительно оглядывает мужчину.

— Выглядит очень представительным. У него, наверное, до хера денег, да?

Захихикав, женщина кивает.

— Очень.

— Тогда возникает закономерный вопрос: а здесь вы что забыли? Соскучились по дерьмовому рому с колой и деревянным стульям?

Для ответа он протягивает микрофон мужчине. Тот, почувствовав всеобщее внимание, приосанивается и напускает на себя деловой вид.

— Захотелось разнообразия.

— А то надоела эта венская опера и виды Бурдж-Хали́фа, -- комментирует Данил. – Понимаю. Ну и как тебе здесь? Достаточно разнообразно?

— Сносно, — небрежно бросает он.

— Надеюсь, то же самое ты говоришь в мишленовском ресторане после сета из трех блюд. Так что…

— Моя жена хочет твою толстовку, — перебивает мужик. – Я готов ее купить.

Зал притихает, а мы с Теей переглядываемся.

«Дешевые понты», — безмолвно транслирую я, округляя глаза.

«Высокомерный сучоныш», — шипит она.

— Вот они, Издержки славы, друзья, — Данил разводит руками, с усмешкой оглядываясь на зрителей. – Но сегодня у меня как раз есть запасная футболка. Так что, Анатолий, сколько ты готов дать?

12. 6.1

— Давай начнем с десяти тысяч, — царственно заявляет мужик.

— То есть я могу повышать ставки? – Подобострастие в голосе Данила настолько фальшивое, что, кажется, никто, кроме Анатолия не принимает его за чистую монету. -- Круто.

— Даю пятнадцать! – весело гаркает Тея.

Я смотрю на нее с неверием. Мол, ты что, совсем рехнулась?