— Было бы неплохо, — Лиза соскользнула с Похомова. — Мне нужно помыться. В душе, надеюсь, есть вода?

— Даже не сомневайся, — не удержавшись, он вновь шлепнул ее по упругой ягодице. — Идем вместе.

Как раз в этот момент запиликал его телефон, который беспризорно валялся в песке.

— Хорошо, ступай. Я чуть позже присоединюсь.

Кряхтя, мужчина привел в порядок одежду и направился за мобильником.

— Ты, Сокол, прямо чувствуешь, когда и от чего меня отвлекать!

— Не злись, Дим. Я знаю, где ты и с кем... Но дело серьезное.

— Ну, давай. Вещай!

— Это касается рыжей...

— Паша, сука, не томи!

— Ты просил досье на нее собрать. Я четверых лучших подключил.

— Молодец. Оперативно. И что?

— Да в том-то и дело, что ничего!

— Не понял!

— Дим, клянусь, я с подобным первый раз сталкиваюсь. Они в один голос верещат, что вся информация на Лизку закрыта. У них нет доступа к этим данным.

— Что за хрень?

— Сам ничего не понимаю. Они нарыли общеизвестные факты. Где учится, с кем дружит, чем увлекается.

— А о семье есть что-нибудь?

— Да, есть. Что сирота. Пара слов о матери и бабушке.

— А отец? А другие родственники?

— Ничего, Дим.

— За что мать ее убили?

— Похомов, ты оглох, что ли? — фыркнул Пашка. — Сказано же тебе – ничего!

— У следствия какие версии были?

— А не было никакого следствия. Дело даже в ход не пустили. Замяли сразу же!

Дмитрий с силой стиснул кулаки:

— Скажи мне, что все это значит?

— Ты меня об этом спрашиваешь?

— Нет, бл*дь! Дедушку Ленина!

— Есть кое-что, на мой взгляд, интересное. На имя Лизы выдавалось два свидетельства о рождении. Так вот, Дима, там две совершенно разные даты. Паспорт выдавался по последнему. Все указывает на то, что...

— Спрятали ее от кого-то. С детства прячут!

— Бинго, мой друг!

Глава 42

— Может, все же закажем еду на дом? — Андрей скептически рассматривал приготовленные Алмазовой салат «Цезарь» и горячие бутерброды. — Вы уверены, что это можно есть?

Соня возмущенно насупилась. Признать при Алексее тот факт, что совершенно не умеет готовить, девушка просто не могла. Именно поэтому не отказала ему в просьбе приготовить легкий завтрак. Из офиса мужчина привез ее к себе домой, где их уже поджидал его голодный брат.

— Не выделывайся, Гордеев! — слегка пнула друга под столом. — Ешь давай!

— Андрей, — одернул его Алексей, — не с той ноги, что ли, встал?

Гордеев-младший, в сотый раз принюхавшись к бутерброду, проворчал:

— Поймите меня правильно, братья и сестры. Не хочу расстаться с жизнью в самом расцвете сил. Я же знаю, что Соня не умеет…

— А вот и умею!

— Не лечи, Белоснежка.

— Я тебе сейчас этот бутерброд силой в глотку запихну! — обиженно зашипела Соня.

— Прекратите! — повысил голос Алексей. — Либо ешьте, либо выметайтесь из-за стола. Оба!

— Вот так всегда, Дрю! Вечно из-за тебя мне достается.

— Ты ничего не путаешь?

— Не путаю!

— Господь милосердный, — Гордеев устало потер виски, — до сих пор в голове не укладывается, как вы могли дружить столько лет? Вы же все время спорите!

Повисло тяжелое молчание. И каждый в этот момент думал о своем.

Андрей ласково посмотрел на подругу.

— Иди ко мне, — произнес он спокойно и по-родственному нежно.

К удивлению мужчины, Алмазова послушно прильнула к Андрею, удобно устраивая свою голову на его плече.

— Это все потому, — Соня грустно поджала свои пухлые губы, — что с нами сейчас нет Лизы.

— Угу, — вторил ей Гордеев-младший. — Звонила ей?

— Она с Похомовым, — вмешался в разговор слегка раздраженный Алексей.

— Понятно, — Андрей заметно напрягся, — и телефон выключила…

— Ой, — Соня резко выпрямилась, — а ты Вику вчера домой отвез?

— Да, — молодой человек недовольно поморщился. — Будто у меня выбор был.

— К чему этот сарказм? — Алмазова удивленно уставилась на Гордеева.

— Я не хотел везти ее, ясно?

— Да что она такого сделала? Чего так взъелся на девчонку?

Андрей решительно отодвинул от себя тарелку с едой, давая тем самым понять, что ему этот разговор неприятен.

— Соколовская меня дико раздражает, и тебе это прекрасно известно.

— Но должна же быть причина подобного к ней отношения, — она скрестила руки на груди.

— Потому что бесит. И все!

— Не понимаю… Вика очень хорошая девушка.

— Ха, — Андрей нервно вскочил на ноги, забыв отодвинуть стул. Тот с грохотом приземлился на пол. — Хорошая, говоришь? Эта ваша… хорошая… Вика…

Соня тоже поднялась на ноги, намереваясь до последнего держать оборону.

— Что? Почему замолчал? Договаривай.

— Эта ваша милая и невинная овечка на самом деле обычная циничная стерва! Для нее важны лишь деньги. Чужие деньги. Легкие деньги.

Алмазова прыснула со смеху, отчего Андрей покрылся багровыми пятнами.