— Ты же врешь? — Рома слегка встряхивает меня за талию, как бы ненароком прижимая к себе теснее. — Скажи честно, сколько мужчин у тебя было после меня?

Я с трудом дышу от того, как он сильно прижимает меня к себе. Или от тех наглых вопросов, что он так бессовестно мне задает. Или от запаха его парфюма, что за годы кажется и не изменился. Голова кружится…

И кажется этот гад без слов понимает, что никого у меня не было. Но мне совсем не улыбается, что мой бывший муж считает будто я ему вроде как верность хранила. Черта с два! Я просто после него на мужчин и смотреть не могла. Все казались мне грязными потаскунами, каким оказался он сам. Да и некогда на них смотреть-то было: я вообще-то ребенком занималась и свой скромный бизнес в одиночку поднимала.

Однако всего этого он никогда не узнает. Поэтому я, стараясь выглядеть холодной, но крайне опытной леди, пожимаю плечами:

— Не помню, что-то около десяти, — делаю вид, что задумываюсь. — Может пятнадцать. Кто их считает?

Этот гад почему-то выглядит слишком самодовольным, чтобы я могла подумать будто он мне поверил:

— Ты, зайка, — он проводит по моей шее костяшками своих шершавых пальцев. И кожу будто электричеством покалывает.

— Ч-что? — хлопаю глазами, как какая-то идиотка.

— Я говорю, ты бы точно стала считать, — ухмыляется он. — И хорошо бы если решилась за эти годы хотя бы на троих, и-то для тебя это был бы перебор. А в десять-пятнадцать я никогда не поверю.

Сжимаю зубы и отпихиваю от себя мерзавца:

— Да с чего это такие выводы?! — взрываюсь я. — Считаешь, что знаешь меня? А вот хрен! Я уже совсем другой человек! Так что перестань делать вид, что мы близки, ясно?! Я невеста твоего сына, и точка!

— Глупости, — отмахивается гад. — Раз между вами еще ничего не было, значит все не так серьезно, как я успел подумать…

— Да чего ты там успел подумать?! Все у нас было!

— Не ври мне, — строго перебивает меня Рома. — Я ведь могу и у сына спросить, — пожимает плечами.

Вот же ж… Гад! Да у меня просто слов нет, одни только не цензурные!

— А ты спроси! — подаюсь к нему навстречу и шиплю в лицо. — Спроси как он совал руки мне под юбку, когда мы ходили с ним в кино. Поинтересуйся насколько влажными были мои трусики, когда он трогал меня на колесе обозрения. И…

— Заткнись, — брезгливо цедит бывший, шумно сглатывая.

Сейчас он выглядит непривычно уязвимым. И мне от этого становится так хорошо на душе.

Я хоть немного, но уделала его. И кажется нашла слабое место. Ему явно претит, что его бывшая жена имеет интимные отношения с его сыном. Теперь это мой козырь!

Продолжаю, пока бывший не отошел от первого шока столь интимных подробностей наших с Никитой отношений:

— Знаешь, это для тебя секс может ничего не значить. А порой и брак не имеет значения, — усмехаюсь горько. — Для меня же любые ласки с моими мужчинами имеют ценность. Даже без проникновений.

— Значит проникновений не было? — подозрительно щурится Рома. И я понимаю, что кажись ляпнула лишнего.

Однако равнодушно пожимаю плечами:

— Даже если не было — будет. Я как раз готовилась подарить любимому на день рождения себя, — и к моему сожалению это отчасти правда.

Перед поездкой я морально настраивала себя, что время пришло и дольше оттягивать день Х я не могу, чтобы не мучить больше Ника.

Но как оказалось, он и не особо мучился.

— Это мы еще посмотрим, — с холодным вызовом говорит бывший муж.

— «Мы» ни на что смотреть не будем! — отрезаю я. — Потому что мой секс — не твое собачье дело, ясно?!

Он вдруг прибивает меня всем своим огромным телом к стенке у раковины:

— Не спеши с выводами, Лесенок, — выдыхает он мне в макушку, пока я от неожиданности тараню шокированным взглядом его широченную шею.

Часто-часто моргаю. И боюсь вдыхать полной грудью его гребанный запах. Чтобы не отравиться им снова!

— Говоришь ласки твоих мужчин ценны для тебя? — усмехается грубо, подхватывая пальцами мой подбородок. Заставляет в глаза смотреть. — А давай проверим…

Глава 11

— Не смей! К тебе это никак не относится! Ты уже давно не мой мужчина! — пытаюсь оттолкнуть Рому, но его взгляд сейчас будто одурманенный.

Он настойчиво подается мне навстречу и утыкается носом в мою шею, абсолютно игнорируя все мое сопротивление:

— Олеся, — хрипло произносит мое имя, оцарапывая мою чувствительную кожу своей неухоженной бородой, — ты выросла очень сексуальной женщиной.

— Не поверишь, я такой и была! — бормочу сдавленно, прикладывая все возможные усилия, чтобы оттолкнуть бывшего. — Только ты этого не замечал, пока развлекался с другими!

Он как недвижимая скала продолжает напирать:

— Нет, — усмехается. — Ты была непорочным ангелом.

— Которого ты уничтожил! — бьюсь я. — Так что забудь об этом!