Гайм смотрел вслед повозке, пока она не достигла вершины западного холма и не скрылась из виду. "Ты никогда не был просто моей ношей, не так ли?" - спросил он демона. "Ты был моим поводком. Намордником для разъяренного чудовища, которое могло убить весь мир".

Наверное, задумался Лакорат. В каком-то смысле.

"Почему? Разве твоя природа не в том, чтобы наслаждаться разрушением?"

По моему опыту, простое разрушение - в конечном счете пустая забава. Я нахожу, что мои удовольствия проявляются во многих и разнообразных формах. Большинство из них, должен признаться, после очень долгого существования, возникли за сравнительно короткое время моего путешествия с тобой. Кроме того, я не твой раб, вынужденный исполнять твои прихоти, будь то убийственные или благодетельные. Он ненадолго замолчал, а когда заговорил снова, в голосе демона звучали насмешливые нотки, которые Гайм так хорошо знал. Значит, ты скучал по мне?

"Но вы не до конца понимаете назначение Семи Мечей, сир?" Употребление рыцарем этого почетного обращения, вкупе с его пристальным взглядом и мягким голосом, обескураживающе знакомыми, заставило Гайма задуматься, действительно ли душа, с которой он беседовал, была сэром Ансельмом Чаллисом.

"Я знаю, что выполнение этого задания снимет проклятие, которое привязывает нас к этим клинкам, - ответил Гайм. "Уже одно это делает эту миссию стоящей".

"А если миссия окажется плачевной, что тогда?"

Впечатление от разговора с Лорентом, а не с Ансельмом, стало еще сильнее. Лорент никогда не уклонялся от постановки сложных вопросов, хотя и всегда с ожидаемым почтением. За два дня, прошедшие с тех пор, как они начали свой путь из крепости Блэкфайр, Гайм не стал расспрашивать рыцаря о его борьбе с демоном, вселившимся в Глефу Некроманта. Единственный намек на эту тему был встречен мрачным взглядом и обиженной гримасой, характерными для Ансельма, потому что Лорент никогда не был таким грубым. Было ясно, что призрак его бывшего товарища помог справиться с демоном, но был ли он изгнан? И много ли осталось от Лорента или Ансельма? Гайм подозревал, что рыцарь и сам не уверен.

"Значит, она так и останется невыполненной", - просто сказал ему Гайм. "Куда бы ни привело это путешествие, я дал обещание Ищейке, что Экири будет ей возвращена. Если ничего другого не остается, я прослежу, чтобы это было сделано".

"Значит, достойное задание".

"Думаю, да. Для меня будет честью отправиться вместе с вами, если вы согласитесь".

"Значит, у меня есть выбор?"

Гайм наклонил голову к сидящим вокруг костра. Они взяли курс на юго-восток от замка, ориентируясь по карте. Хотя она снова превратилась в беспорядочное нагромождение закрученных линий, большинство из них шло дугой в этом направлении. Страна радовала глаз: пологие холмы и ухоженные поля, усеянные фермами и деревнями. Люди, которых они встречали, не были ни враждебны, ни приветливы - кто же не отнесется с подозрением к путникам из проклятой долины?

Они разбили лагерь на вершине пологого склона, на расстоянии целого дня пути от крепости Блэкфайр. Разговоры были приглушенными, поскольку усталость Лорвета еще не до конца прошла. Ищейка погрузилась в молчаливое, хмурое раздумье, не сводя глаз со спящей Лиссы на своих коленях, которую она поглаживала. Орсена и Лексий согласились нарушить тишину, но их тихие слова были обращены к духам, обитающим в их мечах.

"Эти люди следуют моим путем по своим собственным причинам, - сказал Гайм Ансельму. "Я не принуждаю их, да и не смог бы, если бы захотел, ибо все они могущественны. Как и вы, милорд".

Ансельм отвел взгляд, его рука скользнула к рукояти меча некроманта. Он нашел подходящие для него ножны среди убитых, а свой длинный меч теперь носил за спиной. Гайм видел слабое свечение, исходившее от края ножен Глефы, и знал, что то, что таилось в ее стали, говорит в сознании Ансельма. И снова Гайм воздержался от вопросов. Носить проклятый клинок - задача не из легких, и у него росло подозрение, что этому рыцарю придется труднее, чем остальным.

"Мы..." начал Ансельм, затем сделал паузу, и на его лице промелькнуло раздражение, после чего он продолжил. "Я пойду с вами, сир".

"Думаю, я бы предпочел, чтобы вы и дальше называли меня капитаном", - улыбнулся ему Гайм, поднимаясь от костра. "Я уже очень давно не король".

Отойдя от лагеря, он развернул карту и встал на точку обзора, с которой открывался вид на юг. Он надеялся, что заколдованная карта поможет ему разобраться в ситуации, когда они окажутся далеко от замка и его призраков, но все, что он видел, — это еще более расплывчатое переплетение слабых линий.

Простым решением было бы выбрать направление и идти до тех пор, пока эти каракули не обретут смысл, заметил Лакорат, чувствуя нарастающее разочарование Гайма. Конечно, на это могут уйти годы.

"Интересно, может быть, это замысел демона из Хрустального Кинжала", - размышлял Гайм. "Чтобы создать такую ловушку, Калтраксис должен быть демоном с большими способностями и хитростью".