Однако я ни за что не смогла бы уснуть, учитывая, насколько я была возбуждена. На мгновение я задумалась, не разбудить ли Ретта, но он был прямо рядом с Джейсом, крепко спал с открытым ртом. Он так редко спал глубоким сном, что я никогда не стала бы будить его намеренно. Поэтому я мысленно отругала себя, — я взрослая имогу позаботиться об это сама. Но это не помешало мне снова взглянуть на Анджело в надежде, что он передумал.

Черт возьми. Его глаза были закрыты, темные ресницы разметались по загорелой коже. Он оставил свою руку на моей ноге, теплая тяжесть на моем колене напомнила мне, как он упомянул о сексе в туалете. Затаив дыхание, я скользнула рукой под свою юбку, намереваясь просто… Я не знаю, что именно. Может быть, просто обхватить мою пульсирующую киску, чтобы сказать ей успокоиться. Однако я не успела зайти так далеко, как пальцы Анджело сомкнулись на моем запястье и его глаза резко открылись.

— Белла... — пробормотал он.

— Ангел... — Я ответила с дразнящей усмешкой.

Он закатил глаза, отмахиваясь от моей руки. Но на этом не остановился. Его рука добралась до того места, куда направлялась моя, и его длинные пальцы погладили мой жар через тонкую ткань трусиков. Глубокая дрожь удовольствия прокатилась по мне, и тихий всхлип вырвался из моего горла.

Анджело щелкнул меня по внутренней стороне бедра, небольшой выговор за то, что я шумела, и я прикусила губу. Сильно. Сообщение получено: Сохранятьтишину.

Когда он был уверен, что я поняла, он продолжил. Вверх и вниз по промежности моих трусиков он гладил меня сводящими с ума прикосновениями, пока я не возбудилась настолько, что, должно быть, промокла насквозь. Если бы я могла силой мысли заставить одежду исчезнуть, мое нижнее белье стало бы древней историей.

— Ш-ш-ш, — выдохнул он, его палец поглаживал мой клитор через теперь уже очень влажную ткань. Я извивалась, отчаянно желая большего, затем поднесла одеяло ко рту, чтобы прикусить. Ничто другое не могло заставить меня замолчать — особенно когда Анджело оттянул мои трусики в сторону и скользнул пальцами глубоко в мое пульсирующее влагалище. Я вцепилась зубами в одеяло так сильно, что заболела челюсть, а потом он начал трахать меня рукой быстрыми движениями, от которых я задрожала с головы до ног.

Когда я была уже близко, он выдернул одеяло у меня изо рта, чтобы поцеловать меня. Я тихо застонала напротив его губ, и его язык захватил мой, когда я задрожала и забилась в конвульсиях, сжимаясь вокруг его пальцев, когда мой оргазм захлестнул меня головокружительной волной облегчения.

— Так лучше? — прошептал он, отпуская мой рот мгновением позже.

— Дааа, — ответила я на тяжелом выдохе. — И нет. Теперь я хочу большего. — Я пошутила лишь отчасти.

Он тихо рассмеялся, поправляя мои трусики, прежде чем поднести пальцы к губам. Затем он удержал мой взгляд, тщательно облизывая их, и я чуть не кончила снова. Черт возьми, я и забыла, что такое Ангел — дразнилка.

Застонав, я обхватила его сзади за шею, чтобы притянуть к себе для еще одного горячего и тяжелого поцелуя, пробуя себя на вкус на его языке. Я ужасно хотела отплатить ему тем же и еще раз потерла рукой его член через штаны, когда он поцеловал меня в ответ, но у меня было чувство, что я могла бы разбудить самолет, если бы решила встать на колени и подавиться большим членом Анджело прямо сейчас. Но потом это заставило меня задуматься, было бы так ли уж плохо, если бы у нас была аудитория.

Единственное, что меня останавливало, это присутствие персонала авиакомпании, Ханны и Ви. Как бы круто ни звучала перспектива того, что Джейс, Ретт и Грейсон станут свидетелями, как я сосу член Анджело... Я сомневалась, что Ханне и Ви это понравится. Как и мне. Поговорим о настоящих убийцах настроения.

— Позже, amore mio, — прошептал Ангел под моими поцелуями. — Позже. На этот раз я не просто хочу быстрой работы руками под одеялом; я хочу, чтобы ты растянулась подо мной, выставив напоказ свое прекрасное тело и без отвлекающих факторов.

Этодействительно звучало неплохо. С усилием я убрала от него руки и откинулась на спинку кресла. Я слегка легла на бок, как и Анджело, и некоторое время мы просто лежали, глядя друг на друга. Затем мне в голову пришла мысль, которую нужно было высказать вслух.

— Когда Ви пострадала, — прошептала я, любопытство взяло верх, — ты был так зол на меня. Ты думал, это моя вина из-за фальшивого ребенка.

Анджело поморщился. — Прости, Белла. Это было неправильно с моей стороны. Это было мое собственное чувство вины; я был так убежден, что она пострадала из-за моего собственного эгоистичного, импульсивного желания сохранить тебя в своей жизни. Я был так неправ, пытаясь разделить эту вину с тобой.

— Впрочем, это понятно, — прокомментировала я. — Но в тот день и несколько раз после ты называл Ви так же, как называешь меня: amore mio.

Он кивнул. — Любовь моя.

Я вспомнила перевод с тех времен, когда мы были моложе. — Ви...