— Апельсины и лимоны, как же на улице холодно, — заметила бабуля. — И не скажешь, что весна на пороге. Тебе нужно поработать в офисе, пока эти холода не пройдут.

— Полагаю, это значит, что ты не одобришь мой отъезд в Корнуолл завтра утром.

— Корнуолл! — запротестовала она. — Что там делать, в этом Корнуолле?

— Встречаться с корнуольцами, — ответила я, вешая плащ на крючок у двери.

Запах привел меня на кухню, где на столе уже ждали цыпленок с розмарином, свежеиспеченный хлеб на закваске и запеченный картофель. Бабушка хлопотала, расставляя тарелки.

— Корнуолл… Харпер едет с тобой?

— Нет, она направляется на север. Я оставила ей машину.

— Тогда как же ты туда доберешься?

— С профессором Спенсером.

— О! — в ее голосе послышался явный восторг. — И как поживает добрый профессор?

Я усмехнулась:

— Очень хорошо.

— Мне было так жаль, когда Эдвин ушел, но профессор Спенсер — такой джентльмен. По-настоящему утонченный человек, ученый. Он такая чудесная партия, Клемени. Ты сделала отличный выбор.

У меня всё еще не хватало духу сообщить бабушке, что мой «утонченный джентльмен» на самом деле — оборотень. Она была так им довольна, что мне не хотелось разрушать её иллюзии. Честно говоря, я и сама с трудом представляла, как сложатся наши отношения с Ричардом. Это было слишком сложно, чтобы беспокоить ее, так что пока лучше было помалкивать.

Бабушка положила мне полную тарелку еды. Я в последний раз погладила Минуи, поцеловала её в меховую макушку, спустила на пол и пошла мыть руки.

— Клемени, налей нам вина, дорогая, — крикнула бабушка.

Я достала два бокала, разлила белое вино и присоединилась к ней за столом. Опустившись на стул, почувствовала, как навалилась тяжесть прожитого дня. Я устала. И была чертовски голодна.

— Santé (За здоровье), — сказала бабушка, поднимая бокал.

— Santé. Выглядит очень аппетитно.

— Всё для тебя, девочка моя. Всё для тебя.

Я пригубила вино и посмотрела в окно. Лунный свет дрожал на листьях деревьев. Красивое зрелище. Но завтра я буду в Корнуолле. И что я там найду?

— Так зачем ты едешь в Корнуолл? — спросила она.

— Сегодня кто-то пытался убить королеву.

Бабушка выругалась по-французски.

— Кто-то из корнуольцев?

— Не совсем. Но это точка зацепки.

— Королева Виктория вечно разъезжает повсюду, как простая смертная. Но, дорогая моя, какое отношение это имеет к тебе?

— Полагаю, они надеются, что я найду несостоявшегося убийцу до того, как он нанесет новый удар.

Бабушка цокнула языком.

— Я рада, что профессор Спенсер едет с тобой.

— Я и сама могу за себя постоять, ба.

Она рассмеялась:

— Уж я-то знаю, дорогая. Уж я-то знаю. Но всегда хорошо иметь партнера. В работе… и в жизни, — она подмигнула мне.

— Ба! — я закатила глаза.

— Даже Куинн это понимал. Как там малышка Изадора? Ты была в Твикенхэме утром.

— Она прелесть. Шумная, но прелесть.

Бабушка рассмеялась.

— Настанет день, и у тебя будет такой же шумный и прелестный младенец. О, Клемени, я жду не дождусь этого дня, — она отставила бокал, всплеснула руками и вознесла короткую молитву. — О! — прервала она свои излияния. — А как поживает юный подопечный профессора Спенсера? Джерико, кажется?

— Тоже шумный, но очаровательный.

— Озорной маленький херувим, — умилилась бабушка.

«Ликан. Озорной ликан», — поправила я про себя.

— И как вы с ним ладите? — спросила она, подливая мне вина.

— Я и Джерико?

Бабушка кивнула.

— Очень хорошо. Я очень привязалась к мальчику.

— О, это замечательно, просто замечательно. Бедный сиротка. И профессор Спенсер — такой благородный человек, что приютил его. Такой ученый, воспитанный и набожный. Да, это просто прекрасно, что вы путешествуете вместе. Кто знает, к чему это может привести.

— Ты права. Думаешь, он сделает мне предложение завтра? — насмешливо спросила я.

Бабуля рассмеялась:

— А вдруг сделает? И что ты тогда будешь делать, девочка моя? — игриво парировала она.

Нет. Шансов на это не было никаких.

— Ба, всему свое время.

— Время? — она фыркнула. — Я безумно влюбилась в твоего дедушку в ту же секунду, как увидела его. Конечно, так бывает не со всеми. Но со мной случилось именно так.

Мои мысли невольно вернулись к тому моменту, когда Куинн впервые познакомил меня с сэром Ричардом Спенсером. Львиное Сердце был в своем кабинете в Кингс-колледже. Мы пошли к нему в слабой надежде, что он даст нам какую-нибудь зацепку по делу.

— Просто постой сзади, — сказал мне тогда Куинн. — Львиное Сердце категорически против того, чтобы ввязываться в проблемы стаи. Но надежда умирает последней. Нам просто нужен след.

Куинн громко постучал в дверь кабинета. Мы ждали. И ждали.

— Может, он на Темпл-сквер? — прошептала я.

Куинн покачал голвой.