"Уходи, - произнесла королева очень низким голосом, похожим на рычание собаки на свалке. Не обязательно быть громким, чтобы казаться угрожающим. По моим рукам пробежала дрожь, заставив маленькие волоски встать дыбом.

Таня мгновение смотрела на свою мать, а потом на меня. Я сделал все возможное, чтобы встретить ее разъяренный взгляд своим собственным бесстрастным взглядом. По ярости, отразившейся на ее лице, я понял, что потерпел неудачу. Леди Весна выбежала из гостиной своей матери. Давление в комнате спало так быстро, что у меня чуть уши не заложило, когда она ушла.

Глориана долго смотрела вслед дочери, ее нестареющее совершенное лицо не поддавалось прочтению, глаза твердые, как алмазы. Этот каменный взгляд метнулся от двери ко мне, пригвоздив к месту.

"Какой бы опрометчивой и грубой ни была моя дочь, в ее словах есть резон", - сказала Глориана ровным тоном. "Я действовала по отношению к вам добросовестно, сквайр Карвер. Ты интересовался моими делами? Расскажи мне, что тебе удалось выяснить."

Я изо всех сил старался не сглотнуть, пока королева пристально смотрела на меня. Я не знал, какое именно место занимает Глориана на шкале власти. Была ли королева всех фейри столь же могущественна, как падший ангел Заган? Не знаю. Он, конечно, становился почтительным, когда она на него огрызалась. Орион тоже относился к ней с настороженным уважением, так что это было все, что мне нужно было знать. Сидя под ее осуждающим взглядом, я думал, что знаю, что чувствует мотылек перед тем, как его засунут в темную коробку - крошечный и испуганный.

Я надеялся, что того, что я обнаружил, будет достаточно, чтобы удовлетворить ее. Я не совсем понимал, какого качества работу мне нужно сдать, чтобы получить пятерку, ведь учебной программы по этому предмету не было. Хороших новостей у меня, конечно, не было. Надеюсь, она не решит застрелить гонца. Родители обижаются, когда критикуют их детей. Готов поспорить, что они становятся еще более раздражительными, когда вы обвиняете некоторых из них в предательстве.

"Я лично видел, как несколько ваших дочерей встречались с послом демонов", - сказал я, внезапно обрадовавшись, что Тани больше нет в комнате.

"Что значит "посол демона"?" - вмешалась королева. "У демонов нет послов. Какой в этом смысл?"

Я сделал паузу, застигнутый врасплох. Используя все возможности "хомячьего колеса", на котором работает мой мозг, я очень тщательно припомнил то, что сказала мне Сэм. "Вообще-то демон сказала, что ей нравится думать о себе как о посланнике. Полагаю, это не означает, что она действительно посол".

"С кем из моих дочерей разговаривал этот демон?" - серьезно спросила королева.

Я на мгновение заколебался, раздумывая, стоит ли мне лгать. Мой разговор с Доун перевернул мои представления с ног на голову. Вчера я был бы более чем счастлив отправить Леди Лета вверх по реке, но больше не был уверен, что понимаю игру, в которую играю. Правила были придуманы, они менялись день ото дня, и что бы я ни делал, казалось, у меня никогда нет нужных фрагментов. Но королева была верна нашему соглашению. Я решил, что должен ответить ей тем же.

"Она была гостьей на вечеринках у бассейна Доун, - сказал я, - но, похоже, ей захотелось встретиться и с Таней. Они ушли вместе".

Молчание королевы было настолько абсолютным, что мне показалось, я слышу эхо вспышки гнева Тани, все еще звучащее в тишине. Какое-то ужасное мгновение Глориана не двигалась. Ее золотистые глаза, казалось, заглядывали мне в самую душу - если, конечно, она все еще была там. Мне немного неясно, где именно он хранится на этом этапе сделки.

"Ты знаешь, как зовут этого демона?" - спросил Робин.

"Она сказала мне, что её зовут Сэм". Я пожал плечами.

"Я не знаю ни одного демона по имени Сэм", - отрезала Глориана, и на ее лице появилось разочарованное выражение. Я понял, что это гложет ее изнутри. Как это, должно быть, ужасно - бояться, что твои дети отвернулись от тебя. На мгновение она напомнила мне величественный утес на берегу моря, медленно разрушаемый океаном внизу.

"Она была на аудите", - сказал я, стараясь быть полезным. "Сидела рядом с Заганом".

"Ты же не имеешь в виду Самаэль..." сказал Робин, его голос был полон ужаса.

"Бледная кожа, черные волосы, все время выглядела очень скучающей?"

"САМАЭЛЬ?" - вскрикнула королева. Она вскочила на ноги в ярости. Ее руки сжались в кулаки. Люстры в центре комнаты взорвались дождем хрусталя и стекляшек. Робин и я оба вскочили на ноги, отступая за пределы досягаемости прозрачной шрапнели, которая дождем сыпалась на нас сверху.

"Отравитель беспрепятственно разгуливает по моему королевству, общаясь с моими дочерьми?" - гневно бушевала она, ее ярость была физической силой, которая отбросила меня еще на шаг назад. "Почему мне не сказали?" Ее яростный взгляд метался между мной и Робином, глаза раскалились, как лава извергающегося вулкана.