— Ты вваливаешься сюда незадолго до полуночи, выглядишь так, будто прошёл десять миль по разбитой дороге, и от тебя несёт потом, кровью и машинным маслом. Конечно, есть о чём поговорить. Если бы не было, ты бы сразу пошёл спать.

Алекс вздохнул. Когда-нибудь он наконец поймёт, что Игги его не проведёшь.

— Не уверен, что смог бы уснуть, — сказал он.

Конечно, Алекс и раньше видел трупы. Игги столько раз таскал его в морг, чтобы научить разбираться в ранах, телах, процессах разложения и дедукции, что и не сосчитать. Но обезглавленное тело он видел впервые.

Он сделал ещё одну затяжку и рассказал Игги о своих приключениях в "Философском камне".

— Фу, — скривился Игги, когда Алекс описал состояние убитого. — Осквернение трупа, занятие не из приятных.

— Я не эксперт, — сказал Алекс, — но, судя по ранам, многое из того, что было сделано, произошло уже после того, как парень был мёртв. Как будто убийца был в невменяемом состоянии.

— Возможно, ты прав, — сказал Игги. — В истории уже были подобные случаи. В Брунее известны случаи, когда мужчины внезапно начинали нападать на людей, калечить, ранить и даже убивать в приступе безумия. Это явление называют "бешенством".

— Ты сказал "мужчины", — заметил Алекс.

Игги кивнул.

— Насколько мне известно, такое никогда не случалось с женщинами или подростками.

— Что ж, возможно, у меня есть для тебя дело. Судя по оставленным нашим выжившим преступником отпечаткам пальцев, они были маленькими, скорее всего, это была женщина.

Игги пожал плечами.

— Я весьма прогрессивен в своих взглядах на преступность, — сказал он. — Зло не ограничивается мужским полом.

— Что ж, Дэнни и полиции придётся разобраться с этим. Меня больше беспокоит то, что случилось с Чарльзом Гриром. Маловероятно, что два разных грабителя выбрали один и тот же магазин для взлома, они оба пришли туда в поисках Грира.

— Может, это и есть твой обезглавленный мужчина?

Алекс покачал головой, гася окурок о пепельницу.

— Гриру за шестьдесят. Даже без головы я могу сказать, что убитый был не так уж стар.

Игги встал, пока Алекс возился с портсигаром, и подошёл к бару с напитками.

— Что будешь делать дальше? — спросил он, доставая хрустальный графин с кроваво-красной жидкостью.

— Завтра Дэнни поедет к Гриру, чтобы проверить, нет ли там чего-нибудь, — сказал Алекс, стараясь держать руки неподвижно, пока прикуривал очередную сигарету. — Ему нужно будет получить ордер, так что он приедет не раньше полудня. Я встречусь с ним там.

— А что с телом? — спросил Игги, разливая красную жидкость по двум бокалам.

Алекс пожал плечами.

— В морге, — ответил он. — Дэнни позвонит мне, если что-нибудь найдут.

— Вот, — сказал Игги, протягивая ему один из бокалов. — Успокойся с помощью портвейна.

Алекс взял бокал и сделал глоток.

— У меня есть для тебя кое-что еще, — сказал Игги, откидываясь на спинку стула. Он наклонился и открыл резной деревянный сундук, стоявший под окном. Больше всего Игги любил бульварные романы, и он хранил их в сундуке, а не на одной из полок в библиотеке, где ему пришлось бы объяснять их содержание посетителям.

Однако вместо бульварного романа в мягкой обложке Игги достал тонкую книгу в зеленом кожаном переплете. Он долго смотрел на книгу, прежде чем протянуть ее Алексу.

— Что это? — спросил Алекс, переворачивая книгу. И передняя, и задняя обложки были пустыми, хотя и изрядно потрепанными.

— Моя маленькая монография, — ответил Игги с загадочной улыбкой.

Алекс открыл книгу. На первой странице было написано: "Об использовании связующих рун для создания несвязанных конструктов". Ниже значилось имя автора, Артур Конан Дойл.

— Здесь собрано все, что я знаю о создании трехмерных рун, — сказал Игги. Он бросил на Алекса несколько смущенный взгляд. — Меня вдохновил учебник. — Он кивнул в сторону тонкого красного тома на полке у камина.

— Прошлой ночью я штудировал учебник по меньшей мере три часа, — сказал Алекс, показывая монографию Игги. — Это кажется очень важным. Почему об этом ничего не сказано в учебнике?

— В учебнике многое упущено, — сказал Игги, откидываясь на спинку стула. — Подозреваю, что те, кто его составлял, хотели быть уверены, что, если он попадет не в те руки, его будет как можно сложнее использовать не по назначению.

Усталый мозг Алекса на мгновение погрузился в размышления, а затем он устало кивнул.

— Пожалуй, в этом есть смысл, — сказал он. — Так вот почему ты последние два года учил меня писать более сложные руны, а не углублялся в учебник?

— Именно так, парень, — ответил Игги, потягивая портвейн. — Я знаю, что ты многое понял из того, что там написано, но ты не был готов использовать эти знания на практике.

— А теперь?