У меня внутри аж все рухнуло. Я, кажется, и дышать перестала, смотря ровным, почти немигающим взглядом на Левина. Вот в чем заключался его коварный план, выходит? Остаться со мной один на один и снова позволять себе вольности. Может, намекнуть на что-то. Зачем еще женатому мужику так себя вести? Стоп... А вдруг он боялся, что я буду распространять о нем слухи, и это отразится на его репутации?
Мысли вихрем так закрутились в голове, что я окончательно запуталась. Только поджимала губы, боясь представить, как останусь один на один с новым шефом. Глянула мельком на начальницу с надеждой в глазах. Ну же... Скажи что-нибудь. Не отдавай меня на растерзания этому дьяволу...
Но та только радостно закивала и дала отмашку всем сотрудницам собираться домой. Офис тут же зашумел. Девочки поднимались со стульев, складывали вещи в сумочки, шуршали бумагами и наклеивали последние стикеры на компьютер, оставляя себе заметки на завтра. Только я стояла, словно злой волшебник меня заморозил, и двинуться не было ни сил, ни воли. У меня онемела буквально каждая клетка.
Когда дверь закрылась за последним сотрудником и в офисе остались мы вдвоем, я подняла глаза на Марка.
— Надеюсь, что фирма мне оплатит задержку на работе? — процедила недовольным тоном я, облокотившись бедрами о стол. Левин, который все это время стоял неподвижно, вдруг ленивой походкой двинулся ко мне. Шаги его были уверенными, и не внушали ровным счетом ничего хорошего. И мне бы отойти в более безопасное место, но я продолжала с вызовом смотреть на Марка, готовая в любой момент ринуться в бой.
Два года назад он уколол меня так больно, что я сломалась. Мое сердце раздробили пулеметом, мою честь и достоинство растоптали. Было бы глупо думать, что я останусь той же правильной девочкой, которая не захочет отомстить.
Оказавшись напротив меня Марк остановился. Его взгляд скользнул по моему лицу, медленно, словно горячая лава, от которой горела кожа, опускаясь по моей шее, ключицам и останавливаясь в области груди.
— Конечно, — улыбнулся он. — Любая внеурочная работа должна быть оплачена. Рад, что ты ценишь себя по достоинству, — проговорил он, и неожиданно поднял руку, обхватив пальцами пуговицу на моей белой блузке.
— Тогда мне нужно начинать работать, — шумно выдохнув, сказала я. Щеки вспыхнули алой краской, сердце забилось так часто, словно его завели ключом. Я не могла пошевелиться, ощущая себя девушкой, которую взяли в тиски. А ведь он всего лишь стоял напротив и теребил пальцами мою чертову пуговицу.
— Начинай, — спокойно ответил Марк, наконец, переведя на меня взгляд. В его серо-синих глазах, в которых я раньше тонула, сейчас тоже был штиль. Он смотрел на меня с абсолютно нескрываемым желанием, тогда как в моих ушах звенел голос его жены.
— Тогда может, удалишься? — ледяным тоном произнесла я, и пуговица на моей блузке расстегнулась, открыв вид на ложбинку. Я сглотнула. Марк, кажется, тоже. А затем он сделал то, чего я как бы не ожидала от него: провел пальцем по открывшейся полоске груди, будто ставя там свою метку.
— Хорошо, — спокойно выдал он. И наклонился к моему уху, прошептав еще более компрометирующий вопрос. — Только сперва ответь: твой этот новый парень в курсе, что твое тело до сих пор реагирует на меня, принцесса?
__
Дорогие читатели! В рамках литмоба приглашаю вас в новинку Виктории Вишневской
Босс, у нас две полоски
Читать:
– Я возьму тебя на работу с одним условием: никакой беременности, – чеканит босс, развалившись в кресле. И его губы неожиданно трогает усмешка, а следом летят наглые слова: – В этой компании залететь ты имеешь право только от меня.
– Простите, но я не собираюсь беременеть в ближайшее время, – отвечаю с протестом, скрещивая руки на груди. Стоит ли уточнить, что я вообще-то помолвлена? Нет. Иначе можно сразу попрощаться с работой. Я надменно добавляю: – От вас – тем более.
Вот только не стоило мне зарекаться раньше времени. Потому что несмотря на мои сопротивления и уверенность, что нас ничего не связывает, у нас с боссом появляется кое-что общее. Одна случайная ночь, о которой он ничего не знает. И две полоски на тесте...
Читать:
Глава 6
Я перестала дышать, и кажется, ничего ровным счетом не слышала, кроме бешеного гула собственного сердца. Оно так громко и отчаянно билось, что наверняка, его мог услышать и Левин. А я ой, как не хотела выдавать той боли, которая по сей день жила со мной, словно посттравматический синдром. Я не хотела показывать ему, что обида в моей душе превратилась в молот и готова была наносить точечные удары. Иначе работать нам вместе не получилось бы, а я продолжала держаться за это место.
В нос сильнее ударил аромат духов Марка, а уж когда он медленно отодвинулся от моего уха и остановился в сантиметре от моего лица, я почти растворилась в моменте. Мужское дыхание обожгло мои губы, пронзительный взгляд, направленный прямо мне в глаза, буквально выворачивал душу на изнанку. Его зрачки расширились, казалось, Марк уже мысленно пожирал мои губы своими.