- Ты же сваха? Поработаешь на меня, - продолжает невозмутимо. - Станешь нянькой для моих внуков, поможешь женить моего непутевого сына – и свободна. Не справишься – по миру пущу и тебя, и твой сомнительный клуб знакомств, - протягивает мне ладонь, в которую я машинально вкладываю свою.

- По рукам, - выдыхаю, когда он больно сжимает мои пальцы, и у меня вдруг включается профессиональный азарт. - Спорим, я и вас женю? Бонусом.

- Не на того нарвалась, шарлатанка, - хрипло смеется он. – У меня прививка от брака.

Я была уверена, что у меня тоже, но… звезды решили иначе.

Читать:

Глава 5

Попрощавшись с Димой, я вернулась к работе. Сперва хотела ворваться в кабинет к Марку и устроить ему скандал. Но потом поняла, что в этом нет смысла. Только хуже сделаю. Так что я села за компьютер и стала пытаться довести до ума свою часть презентации. Отменила обед, вместо котлетки с пюре ограничилась шоколадкой, которая осталась с прошлой недели в ящике, и кофе из автомата.

Было ожидаемо, что мы не успеем почти ничего, но девчонки старались. Мы почти не поднимали головы, громко стуча пальцами по клавиатурам. И когда Инга Ильина вышла к нам в шесть вечера, взрогнули, осознав, что показать-то там по сути и нечего.

— С ума сошли? — буркнула она.

— Но это нереально, вы же сами понимаете, — возмутилась Лариса. — Странно, что столь опытный мужик, ой, шеф, дал такие сроки.

— Странно, что вы сами не захотели сдать раньше времени, — нахмурилась руководительница. Она была в этом плане на стороне того, кто платит ей деньги. То есть защищать нас, конечно, не будет.

— У нас же несколько задач, — позволила себе вольность и влезла в разговор. На что получила строгий взгляд в свою сторону и поспешила заткнуться. Ладно, с Марком я могла привольничать, но со своей начальницей ни в коем случае.

Девчонки, правда, тоже стали возмущаться, и их каждую обрывала Инга Ильина, выдавая строгие выговоры. А потом, когда нам всем надоело спороть, в офис вдруг вошел он! Человек-мучитель! Этой своей уверенной походкой, проходя прямо к нашим столам. Он выглядел, ни дать ни взять, слишком хорошо для обычного шефа. И эти несколько пуговиц у шеи зачем-то расстегнул, и рукава черной рубашки закатал, демонстрируя голубые полоски вен.

От него исходил приятный аромат: можжевельник и грейпфрут, а следом теплая пряность кардамона, будто Левин только что сжал в ладони горсть специй. А уж когда Марк улыбнулся этой свой очаровательной улыбкой, она сработала не хуже пули, которая попала прямо по всему женскому коллективу. Все в момент перестали возмущаться и будто размякли. Держите меня семеро... Было бы от чего таять.

— Ну как успехи, девушки? — спросил он льстивым тоном.

— Дело в том, что... — первой замялась начальница. — Проект требует доработок. У нас есть... расхождения во мнениях. Поэтому мы не уложились.

Марк не стал ругаться, как я предполагала. Он кивнул с деланным видом, будто был самым понимающим на свете руководителем. И вообще это кто-то сверху его заставил быть демоном с нами, а не он сам.

— Тогда сделаем по-другому, — он взглянул на часы и снова перевел на нас взгляд. — Предлагаю каждой озвучить свои идеи. Не нужны никакие презентации, сначала тезисно. Мы вместе выберем что-то самое интересное, и потом отдел займется разработкой. Не будет никаких споров. Согласны?

Все переглянулись. Споров и не было. Это Инга Ильина приврала, чтобы, видимо, прикрыть не только нас, но и свою задницу в первую очередь. Чем сделала только хуже. У нас уже была часть готова, а теперь, выходит, придется делать сначала. И целый день, за который мы могли бы решать важные дела, ушел коту под хвост.

Замечательно... Что дальше-то?

Я бросила на Марка взгляд полный презрения, и он его заметил. Уголок его губ дернулся, и на секунду на лице моего бывшего мелькнула едва заметная улыбка. Хитрая такая. Лисья. Будто он заранее знал, что эту партию я проиграла. Никто, конечно, не заметил наших переглядываний, и то, как сильно мне хотелось показать ему средний палец.

— Если все согласны, предлагаю... — он сделал вид, что задумался. Все снова напряглись. Девчонки смотрели на Ингу Ильину, которая держала язык во рту и не могла выдавить из себя ни слова. Она боялась за свое место так же, как и любая из нас. И решила оставить ложь реальностью. Перечеркнуть наш труд ради своего же блага.

— Нам всем сидеть до ночи и писать тезисы? — сорвалось у меня. Господи, язык — враг мой. И чего бы не молчать? Все же молчали, зачем я ляпнула?

Марк, как и подобает начальству, тут же переключил все внимание на меня. И я почувствовала себя нашкодившим ребенком, которому собирались дать нагоняй. Он взял со стола ручку, покрутил ее между пальцев и выдал спокойным голосом.

— Зачем всем? Сегодня начнем с одного человека — с вас, — кивнув на меня, Левин даже улыбнулся. — Остальные могут быть свободны на сегодня.