— Мы с Коном пару лет прожили в одном приюте. В местечке для трудных подростков. — Он изобразил пальцами кавычки в воздухе, подчёркивая свои слова. Хотя его тон был небрежным, тёмные глаза говорили об обратном. — В общем, мы тогда как бы заботились друг о друге. Да и сейчас, наверное, тоже. — Он застенчиво улыбнулся, но тут же посерьёзнел: — У него была непростая жизнь, и он заслуживает только самого лучшего.

В его взгляде читалось и предупреждение, и, кажется, просьба.

Сердце Джейн сжалось, когда она представила, как Конрад переезжает из одной приёмной семьи в другую, каждый раз начиная всё заново. У Джейн, по крайней мере, были некоторые якоря: любовь бабушки и дедушки, Фиона, «Сад Памяти», вековые традиции.

— Я знаю, что он заслуживает самого лучшего, — тихо ответила она. Только вот ей не суждено было стать частью этого «лучшего» надолго. Но как она могла объяснить Уайатту про проклятие Лэдлингов и заставить его понять? В конце концов, не она станет той, кто причинит боль, — это сделает Конрад. В тот самый миг, когда она влюбится в него по уши… Бац! Катастрофа. Он исчезнет быстрее, чем горячий нож пройдёт сквозь масло.

Джейн была обречена.

— Так, — произнёс Уайатт, будто угадав, куда свернули её мысли. — Ты влюблена в Кона или нет?

Что?! Она прочистила горло и решила быть с ним честной и не давать ложных надежд.

— Ох. Эм. Если говорить о романтике, то моё сердце — это холодная, твёрдая машина, полная проводов. И вообще, мы едва знаем друг друга. То есть знаем, конечно. Но в то же время и не знаем.

Брат Конрада сцепил пальцы за головой и слегка откинулся назад, словно сидел в кресле.

— Это не отвечает на мой вопрос.

Да, Уайатт определённо умел добираться до сути. Джейн скосила взгляд в сторону комнаты, где Конрад разговаривал по телефону. Его не было ни видно, ни слышно.

Помощи от пропавшего агента ждать не приходилось, и Джейн пошла в наступление:

— С чего ты вообще взял, что я влюблена в него?

— Три причины, — Уайатт поднял ладонь и поочерёдно загнул один палец, другой, говоря: — Это платье. И запеканка.

Джейн съёжилась на диване. Неужели она была настолько очевидна? И нет, это не было признанием.

— Это «платье-извинение», не более. Да, такое бывает. И не надо гуглить, — изо всех сил стараясь звучать спокойно и непринуждённо, сказала она. — А какая третья причина? Ты назвал только две.

Он пожал плечами:

— Все женщины влюбляются в него.

— Все? — Её спина выпрямилась, словно по ней провели ледяной иглой.

Сколько женщин любили и теряли Конрада? Неужели Джейн грозило вот-вот пополнить их ряды? Она снова его подвела: заставила использовать свои полномочия, чтобы вытащить её из-за решётки, заявилась без приглашения…

— Ну да, — Уайатт развёл руками, не замечая её растущей паники, — особенно когда я рядом.

Конрад вернулся в гостиную всего через несколько секунд, и пальцы Джейн сами собой сжались в кулаки. Он замер, увидев её на диване, и на секунду будто споткнулся взглядом.

— Почему ты на меня смотришь так, будто готова испепелить? — спросил агент, нахмурившись.

— Нипочему. — Она вскочила на ноги. Весь этот день был ошибкой. Проклятие Лэдлингов вовсю демонстрировало свою силу, разрушая всё до того, как у чего-то появлялся шанс по-настоящему начаться.

— Ты куда? Ты же только что пришла, — обеспокоился Конрад, следуя за ней к двери.

Джейн потянулась к ручке, готовая сбежать, но он догнал её и, прижавшись грудью к её спине, накрыл её руку своей. От этого тёплого прикосновения по коже пробежал электрический разряд.

— Джейн, — тихо позвал Конрад.

— Мне пора идти. — После всей этой сегодняшней неловкости она заслужила долгую ванну и двухчасовые объятия с Ролексом. — Я пришла только чтобы отдать запеканку и поблагодарить тебя за то, что вытащил меня из тюрьмы.

Бабушка Лили всегда говорила, что благодарность лучше всего выражать едой.

— Из-под ареста, — привычно поправил агент. — Ты уверена, что пришла только за этим?

Он звучал так, будто знал секрет, которого не знала Джейн. К счастью, он не видел её лица, пока она лихорадочно искала ещё одно оправдание.

— Да. Я, э-э… пришла напомнить тебе о нашем ужине с Тиффани и Джейком. Он завтра. На случай, если ты забыл.

Конрад усмехнулся, и от этого утробного звука, вырвавшегося из глубины груди, у неё подогнулись пальцы на ногах. Когда по её телу пробежала дрожь, заставив прижаться к агенту, она повернула дверную ручку, готовая снова сбежать. Но он крепко держал её за руку, а его тёплое дыхание щекотало ей затылок.

— Забыл про вечер, который я так сильно жду? — Его голос стал низким и чуть хриплым. — Нет.

Джейн ослабила хватку на ручке и повернулась, оставаясь в кольце его рук.

— Ты сказал «так сильно жду»? — Конрад правда имел в виду это? Его не пугала перспектива оказаться в чужом доме с двумя незнакомцами, один или оба из которых могли быть убийцами? Он с нетерпением ждал возможности проводить с ней больше времени?

На его лице появилась эта до смешного очаровательная кривоватая ухмылка.