— Расскажи мне больше о том, что ты хочешь делать на другой стороне? — попросила она умоляющим взглядом. — Я хочу знать все.

— Нам не обязательно… — Я снова осекся от щипка и моргнул, увидев, что она впилась зубами в мое плечо. Она выглядела раздраженной, когда сверлила меня взглядом.

— Я хочу знать.

Я слабо улыбнулся, пытаясь заземлиться. Я расскажу ей все, что смогу придумать, но ничто из этого не изменит новой реальности.

Яд, просачивающийся в мое сердце. Истинная причина, по которой мы должны были подать апелляцию.

То, что они сделали с Кресцент — еще до того, как спровоцировали ее течку и бросили в тюрьму к одичавшим альфам, — заставляло мой желудок сжиматься.

Нам нужно было выбраться из «Анархии», потому что мне предстояло поохотиться на кое-каких альф.

 

 

Глава 27

Шесть дней до апелляции

КАРМА

Я был тем, кто первым делом с утра выбрел из нашей камеры, чтобы спросить стаю Эмеральд, когда они будут готовы спуститься на завтрак.

Я размял шею, которая затекла, но если моя шея и болела от отсутствия подушки, для меня это было предметом гордости. У моей омеги было гнездо.

Кресцент была в хорошем настроении и всю ночь проспала в обнимку с Сином.

Мы переглянулись с Фантомом и Вандлом и решили не беспокоить их.

Никогда за все время моей связи с Сином я не чувствовал, чтобы он был так напуган, как вчера перед клеткой.

Что бы Кресцент ни сказала ему до этого, это успокоило его. Но у меня сложилось впечатление, что Син был травмирован всей этой ситуацией больше, чем она.

Поэтому мы оставили ее зализывать его раны, раз уж она так хорошо с этим справлялась.

Альфы стаи Эмеральд не казались и вполовину такими напряженными, как я. Баг выглядел свежим и до раздражающего уставшим, прислонившись к двери, его телосложение дровосека занимало почти весь проем.

У них определенно была бурная ночь.

Джастин был очень гибким омегой, когда дело касалось кинков, и я был абсолютно уверен, что вчерашнее шоу щедро вознаградило его альф.

Я стер горечь со своего лица, пока Баг перекидывался парой слов со своей стаей внутри, договариваясь о времени завтрака.

Пока они разговаривали, мой взгляд блуждал по коридору, думая о прошлой ночи. Было невозможно не передернуть на эти воспоминания в ванной хотя бы раз за ночь.

Мои омеги могли возбуждать меня, но они не должны были возбуждать другие стаи.

И все же, если мы доживем до нашей апелляции, они все будут в нашем…

Мои мысли резко оборвались, когда взгляд зацепился за стену рядом с дверью нашей камеры.

На ней была фреска, над которой я работал несколько дней. Это была огромная галактика с выдуманными планетами и космическими кораблями.

Но она была испорчена.

Посередине была огромная луна, которую я на днях закрасил, превратив ее из полной в полумесяц.

Мой Полумесяц.

Финниан высмеял меня за излишнюю сентиментальность, и я поставил ему фингал.

Но теперь вокруг нее появились белые линии, изображающие грубую клетку, в которой она была заперта.

А под ней были слова: «Она никогда не выберется».

— Итак. — Голос Бага звучал отстраненно сквозь звон в ушах. — Теперь, когда у вас есть сделка с Редгрейвами, у нас не должно быть особых проблем, верно? Я знаю, что Стерлинг параноик, но они же Уэйкфилды, так что ничего нового…

Он осекся, увидев испорченную фреску.

— Это просто угроза. — Голос Фантома был напряженным. — Все на взводе после прошлой ночи. Редгрейв сказал, что они дадут нам защиту, и в то же время повесил на нас мишень, посадив вас обоих в эту клетку.

Верно. Все видели наших омег слишком близко.

Кресцент сейчас была в моих объятиях, пока я сидел в ее гнезде.

Стая Эмеральд послала нескольких альф за завтраком, но мы сегодня оставались возле камеры. Мы ничем не рисковали, будь то защита Редгрейвов или нет.

Когда они вернулись, они ввели нас в курс дела. Прошлой ночью поблизости бродило несколько альф Редгрейва, но никто не видел, кто это сделал.

— Пока что сидим тихо, пусть все остынут после прошлой ночи, — сказал Вандл.

Я кивнул, а затем вздрогнул от писка.

— Прости, — прошептал я, слишком сильно сжав Кресцент. Но было трудно не беспокоиться.

— Защиты Редгрейвов достаточно, чтобы разобраться с Холденом, верно? — спросила Кресцент, оглядывая нас.

— Лучшая защита из возможных, — ответил Син. — Но не все в этом месте… рациональны, поэтому мы должны быть начеку.

Из всех альф здесь стая Холдена охотилась на нас больше всего. Но это также означало, что сторожевые псы Редгрейва заметили бы, если бы они рыскали поблизости прошлой ночью.