Кевин Бушар, судя по всему, получил инструкции от своего адвоката, сидевшего рядом. Он сидел, как на иголках, на стуле, положив ладони на бедра. Подстриженные брови, безупречная прическа даже после пяти часов под арестом, одет как криминальный авторитет из пригорода: толстая золотая цепь на толстовке с капюшоном Givenchy, кроссовки и широкие брюки Balenciaga. Вик, скрестив руки, прислонился к стене. Едва успев сесть напротив подозреваемого, Вадим включил запись и начал быстро говорить, раскладывая снимки с места преступления как игральные карты.

— Узнаёшь?

Бушар отшатнулся.

— Вы совсем с ума сошли. Это… чертова бойня. Я даже не знаю, что я здесь делаю.

— Не знаешь, что ты здесь делаешь? Карла, это тебе о чем-нибудь говорит?

В комнате наступила тишина. Парень бросил взгляд на своего адвоката, которого вытащили из постели и который даже не понимал, о чем идет речь.

— Нет, ничего не говорит, — наконец выпалил он.

— А «Лубна, - может, тебе больше говорит?

— Совсем нет.

— Жаль, ведь это не такое уж распространённое имя. Ничего страшного, я освежу тебе память.

Вадим толкнул лист из гостиничного реестра на середину стола.

— 14 ноября 2012 года некий Филипп Курвье забронировал номер 21, тот самый, чтобы приятно провести время с девушкой, которая в соцсетях называла себя Карлой. Эту девушку сопровождал «сторожевой пес»: ты. Управляющий однозначно тебя опознал, так что не стоит отрицать, если не хочешь усугубить своё положение.

Бушар схватил листок, сделал вид, что читает, и отложил его.

— Может быть, да. Это было давно. В любом случае, говорите, что хотите, но я тут ни при чём, если её так жестоко прикончили.

Вик подошёл ближе к подозреваемому. Он небрежно облокотился на его плечо.

— Знаешь, те, кто ничего не помнит, часто просто что-то скрывают. Вскоре после того вечера Лубна исчезла. Ты подумал, что она сбежала, что вырвалась из-под твоего контроля. Ты был так взбешен, что перевернул всё с ног на голову, чтобы её найти.

Коп играл свою партию. Он делал паузы. Он отошел, вернулся на прежнее место и продолжил:

— Это понятно, она приносила тебе кучу бабла. Вопреки всем ожиданиям, ты в конце концов разыскал её спустя четыре года. А поскольку ты жестокий человек, ты её избил. И точка.

— Идите на хрен! Всё это — полная чушь!

— Посмотрим, что покажут геолокация и анализ твоего телефона, — ответил Вадим. — В любом случае, вот что будет: когда мы с тобой закончим, мы сдадим тебя нашим коллегам из БРП[1], и я гарантирую, что с ними тебе придётся несладко. Они тебя не отпустят. Короче говоря, у тебя два варианта. Либо память к тебе вернётся, и судья учтёт это, либо ты будешь упрямиться, и мы для тебя и пальцем не пошевелим. С твоим и без того внушительным послужным списком, можно сказать, что тебе придётся несладко.

Молодой человек уставился на свою правую ногу, которая нервно стучала по полу. Его адвокат наклонился к его уху. Кевин Бушар наконец поднял голову.

— Чего вы, собственно, хотите?

Вадим указал указательным пальцем на одну из фотографий.

— Узнать о ней всё.

Парень сделал вид, будто пытается извлечь что-то из глубин своей памяти. Для достоверности.

— Её звали Лубна Кадаши…

— А какого она происхождения?

— Франко-алжирского. Она жила с матерью в социальном жилье в районе Полигон. Ужасная семья, родители в разводе. Мать-алкоголичка, которой было наплевать на дочь, и отец, который свалил в деревню. Лубна нашла убежище в социальных сетях. Вот так я и познакомился с ней…

Лубна Кадаши… Вик почувствовал, как спиртное жжет в желудке. Они дошли до конца. У их трупа наконец-то появилась личность. Звезда Меропа могла погаснуть.

— Я успокоил её, ждал у выхода из школы, — продолжил Бушар. — Ей было восемнадцать, хотя на вид ей было едва ли шестнадцать. Она производила впечатление хрупкой. На самом деле это было лишь впечатление, потому что в душе она была полна ярости. Она мне понравилась, я ей понравился… Она собрала свои вещи и переехала ко мне.

Его взгляд вновь упал на фотографии. Он отвернулся.

— Сколько времени вы были вместе? — спросил Вадим.

— Примерно год. Она сбежала в одночасье, и я её больше никогда не видел.

— Она не сбежала. Её похитил и удерживал в плену в течение четырёх месяцев тот самый мужчина, которого ты подсунул ей. Изнасиловал, избивал в грязном подвале, наверняка ежедневно…

— Ты что, издеваешься?

Лейтенант открыл второй конверт с сюрпризом. Еще одна серия фотографий. Филипп Курвье, купающийся в собственной крови. Это не было обязательной частью допроса, но Вадим хотел, чтобы этот мелкий ублюдок спал так же плохо, как и он сам.

— Вот что она с ним сделала, когда ей удалось сбежать…

Гримаса отвращения исказила лицо молодого человека. Он откинулся на спинку стула, потрясённый.

— Она украла у него бабки и машину, — продолжил Вадим. — Тогда мы нашли автомобиль на парковке «Leroy Merlin» в Валанс-Юг. Есть идеи, куда она могла поехать дальше?

— Нет, не знаю… Может, к матери, хотя она и порвала с ней всякие связи. Во всяком случае, ко мне она не возвращалась. Блин, я до сих пор не могу поверить, что она так поступила…