Жена, не обращая внимания, продолжила: «Дженис была амбициозной. Она была советницей мэра».

Женщина выпрямилась чуть выше, кивнула сама себе и выглядела очень довольной этим последним заявлением.

«Какого мэра?»

– Почему, – сказала она, словно удивляясь, – Джонни тебе не сказал? Дженис была советницей мэра Кастильо.

Оба родителя смотрели на неё с заметным волнением, будто ждали реакции. Но в ответ получили лишь пустой взгляд. Кора почесала подбородок.

– Я, если честно, в политике не разбираюсь.

– Мэр Майами, дорогая, – нетерпеливо бросила миссис Локхед.

Её муж теперь изучал Кору искоса с выражением крайнего подозрения и недоверия. Будто человек, который не знает имени мэра Майами, вряд ли способен хоть чем-то помочь.

Слушая всё это, Кора всё ещё не была уверена, что сможет хоть чем-то помочь. Но она взяла себя в руки и сказала:

– Хорошо. А что вам известно о Дженис? Есть заключение судмедэксперта?

– Н…нет заключения, дорогая, – сказала миссис Локхед. – Не было… – она прикусила губу, давя всхлип. – Не нашли тела.

Кора приподняла бровь.

– Простите?

Генри снова забурчал, вперившись в отложенную газету так, словно нашёл в ней источник всех своих бед и врата в ад.

Кора переводила взгляд с одного родителя на другого, пытаясь прочитать язык их тела. Она часто замечала: жесты и выражения лица говорят правду чаще, чем слова. Генри был зол, его жена – на взводе. И всё же и злость, и тревога словно прикрывали что-то ещё, куда более глубокое.

Горе ощущалось почти физически – но было и другое.

Чувство предательства. Заговора. Невысказанное проступало слишком явно: в нервно постукивающих пальцах миссис Локхед, в натянутых чертах мистера Локхеда.

– Тогда откуда вы знаете, что вашу дочь убили, если тела нет?

Генри напрягся.

– Вы что, всерьёз?.. – начал он, и голос его пошёл на взлёт, как реактивный самолёт.

Жена перебила, прежде чем он успел окончательно сорваться:

– Она просто спрашивает, дорогой.

Кора не моргнула и не отступила.

Джонни согласился заплатить ей за эту работу. Но теперь Коре было не по себе – словно она оказалась в ловушке. В редких взглядах Генри и в резких чертах миссис Локхед Кора вдруг ловила отблески своего бывшего. Это и так выбивало из колеи, но вдобавок манера речи и кое-какие привычки родителей явно перешли к их сыну.

Как ни старалась, Кора не могла убежать от тени по имени Джонни Локхед.

А какая-то, меньшая часть её самой – та, которую она держала взаперти и лишь изредка выпускала на свет, – не была уверена, что ей вообще хочется убегать от этой тени.

Но пришла она сюда не за этим.

– Она почти неделю не звонит, – отрезал мистер Локхед. – А жену мэра убили три недели назад.

Кора моргнула.

– Правда?

Миссис Локхед уже направлялась к микроволновке. Она схватила с неё старомодную бумажную газету, чеканным шагом вернулась и положила её перед Корой.

Кора нахмурилась, вчитываясь.

Заголовок гласил: Жена мэра Кастильо убита.

Она пробежала глазами абзацы.

Оказывалось, супруга мэра была в командировке. Вернулась три недели назад, но по дороге из аэропорта на её машину напали из засады.

Она погибла на месте.

Кора поёрзала.

– То, что убили жену мэра, – медленно произнесла Кора, – ещё не значит, что убили вашу дочь.

Генри снова выглядел так, будто вот-вот взорвётся, но жена опять его опередила. Быстро сказала:

– Вы, кажется, не понимаете, дорогая. Дженис была близка с женой мэра. Они вместе учились в колледже. Мэр женился рано. Очень рано, – добавила она, многозначительно приподняв брови.

Кора нахмурилась.

– Значит, ваша дочь была советницей мэра?

– Именно. И потому, что дружила с его женой. Его жену убили три недели назад. Дженис… пропала на прошлой неделе. По крайней мере… мы думаем, что её убили. Мы не знаем. Мы держимся за надежду, – голос женщины дрогнул, но она продолжила, – что она вернётся.

Кора нахмурилась.

– Понимаю. А где жила ваша дочь?

– У неё было своё жильё в Кис. Была лодка, она часто выходила в море. Лодку нашли. А её – нет.

Кора нахмурилась.

– Значит, вы думаете, её убили, когда она вышла на лодке?

Оба родителя вздрогнули. Кора пожалела, что не смогла сказать это иначе. Но разве можно подобрать слова, которые уменьшат боль от потери дочери? Лучше уж, как с пластырем: сорвать быстро – и всё.

– Полиция твердит, что это просто пропажа человека, – сказал Генри. – Ни одна газета об этом не пишет. Жена мэра погибла три недели назад. Его советник умер на прошлой неделе. Они что-то скрывают. Запомните мои слова: это коррупция, и она сидит очень глубоко.

Кора не стала спорить. Просто слушала.

– Можете ещё что-нибудь рассказать мне о Дженис?