– Мы это знаем, – сказал мужчина. Он взглянул на брата. Инстинктивно Кора поняла: этот взгляд означает, что дело плохо. Что-то осложняло ситуацию.

Она напряглась. За сегодня и так слишком многое успело случиться. Она не была уверена, что у неё хватит времени на ещё одну подобную историю.

– Мне нужны ответы. Вы сказали, что обязаны мне благодарностью? Тогда помогите. Я сделаю всё, что нужно, чтобы добраться до Роуз. Я не собираюсь выпрашивать ответы – и не хочу снова вытаскивать их из кого-то силой, – огрызнулась она.

Её рука сама собой опустилась к украденному пистолету. Почему все такие скрытные? Что эти двое прячут? Её злость доходила до предела, и именно спокойный голос Гейба помог сгладить ситуацию.

–Господа, мы хотим спасти женщину, попавшую в беду. В чём проблема? Ваша сестра теперь в безопасности, и вам же ничто не стоит рассказать нам это, правда?

Старший из двоих мужчин глубоко вдохнул. Пока Кора говорила, он изорвал бумажную салфетку на крошечные клочки.

–Проблема есть. И к вам она не относится.

–Звучит так, будто вы делаете её нашей, – сказал Гейб.

Тот кивнул.

–Мы вообще оказались здесь, в Париже, приехали из нашего маленького городка у швейцарской границы, потому что ищем одного человека. Несколько лет назад сюда приехала наша родственница, и в последнее время она перестала отвечать на наши сообщения. Мы знаем – мы кое-что знаем о том, что с ней случилось, – сказал он. – Мы знаем, где она.

–Но не знаем, что теперь делать, – добавил его брат, и теперь, глядя на Кору, он почти умолял. – Моя сестра сказала, что вы, похоже, можете нам помочь. Она подумала, что у вас есть такой навык, потому что видела, что вы сделали.

–Она права. Я частный детектив, – сказала Кора. – Я помогаю людям. Это моя работа. Но я не знаю, кто вы и почему вам нужна помощь, и почему вы не говорите мне то, что мне необходимо знать.

–Она просила, чтобы мы умоляли вас. Вы можете найти её? Мы заплатим; у нас есть деньги. До сих пор мы ни к чему не пришли.

–А если я её найду? – спросила Кора. Теперь она видела отчаяние на их лицах – настоящее, и её злость снова начала утихать.

–Моя сестра кое-что знает. Я не знаю, что именно. Она до сих пор очень травмирована и даже нам рассказала не всё. Но как минимум она может дать вам адрес места, куда её увезли. Она помнит вид из окна. Вид был узкий, но там была примета, которую она узнала, а когда её везли в машине, она запомнила, как выглядели улицы и как назывались улицы. – Высокий мужчина пристально смотрел на неё. – Возможно, мы сможем договориться? Мы помогаем вам, а вы, в свою очередь, помогаете нам?

Кора смотрела на него в ответ, прищурившись. Она хотела и ожидала совсем другого. Это усложняло дело.

Но эти люди были в отчаянии – она видела. И адрес места, куда увезли эту сестру, стал бы хорошей отправной точкой.

Искать людей было коньком Коры. Она умела это делать.

Как бы то ни было, лишняя информация не повредит.

–Расскажите подробности, – сказала она.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Вот такого поворота Кора не ожидала. Она сидела, тесно втиснувшись за столик в дорогом баре, Гейб – рядом, а напротив – двое мужчин, которые буквально отказывались сказать ей, что их сестра знает о Роуз. Вместо этого они обсуждали какое-то соглашение – и от этого у Коры вспыхивало всё её нетерпение.

Ей хотелось выбить из них правду кулаком. Она бы встала и вышла оттуда, хлопнув дверью, если бы не была так отчаянно жаждущей ответов. И если бы не видела теперь то же отчаяние в их лицах, пока они объясняли ситуацию.

–Она наша кузина, – сказал высокий мужчина. – Хайди Ле Ру. Я, кстати, Штефан. А она из нашего городка – маленького горного городка прямо на швейцарской границе.

–И что случилось с Хайди? – спросил Гейб.

Штефан пожал плечами.

–Она приехала в Париж с парнем. Ей было всего двадцать; шаг, мягко говоря, необдуманный, а она была человеком импульсивным. Они с парнем быстро разошлись, но потом она осталась, попыталась найти работу и связалась с группой, которую мы считаем сектой.

–Правда? – удивлённо спросила Кора.

Стефан кивнул. – Да. Она сказала, что её собираются принять полноправным членом Фонда Единства Миров. Мы спросили, что это такое, и она очень неохотно стала нам объяснять. Сказала, что это просто благотворительный фонд, самофинансируемый, делает добро для общества. Но я не думаю, что она сказала нам всю правду, и мы до сих пор не знаем, что это за фонд.

– И что вы сделали, когда узнали? – спросил Гейб.