Широкая улыбка расцвела на его лице, и мы одновременно бросились навстречу друг другу. Я прыгнула ему в объятия, обхватив его талию ногами, а он крепко прижал меня к своей груди.

— Детка, прости меня.

— Хватит извиняться, поцелуй меня, черт возьми.

Он рассмеялся, прижавшись губами к моим. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Губы Дерека прижались к моим с жаждой и легким отчаянием, и я сразу поняла, что нашла свой дом.

— Скажи это еще раз, — прошептала я между поцелуями.

— Я люблю тебя.

— Еще раз.

— Я люблю тебя.

Я обхватила его лицо, прижав свой лоб к его, пока дождь стекал между нами, скользя по нашим губам.

— Еще раз.

— Эванджелина Круз, я чертовски люблю тебя, и я буду говорить это каждый день до конца своей жизни.

Я подняла глаза, чтобы встретиться с его взглядом, отморгав воду, и улыбнулась.

— Звучит как долгий срок.

— На это я и надеюсь.

Он наклонился вперед и медленно поцеловал меня; мы оба не торопились, исследуя и пробуя на вкус эту новую глубину нашей связи, разжигая угли того, что было утрачено и оставлено тлеть в темноте.

— Ангел, — сказал он, откидывая мокрые волосы, прилипшие к моему лицу. — Я неидеальный человек. Я совершал поступки, которыми не горжусь. И я не могу обещать, что не сорвусь. Или что не будет обязательств, с которыми ты не согласишься. Но я делаю все, что в моих силах, чтобы разорвать свои связи. Просто знай, что на это уйдет время и прольется кровь. Но я не хочу больше лжи между нами.

Я опустила голову ему на плечо, сжимая мокрую ткань его худи, пока обдумывала его слова. Вот и все. Назад пути не было. Я должна была принять Дерека таким, каким он был, с его прошлым и призраками, которые будут преследовать его вечно. Он пообещал найти выход, разорвать свои узы с тем кольцом и всем, что оно собой представляет.

И я верила, что он это сделает.

— Я знаю твое сердце, Дерек, — сказала я, переплетая пальцы с его. — И я хочу заполнить те его части, которые давно остались пустыми. Так же, как я хочу, чтобы ты заполнил мое.

Он улыбнулся, прижавшись к моим губам, и поцеловал меня, и вкус наших слез смешался с дождем.

— Это не единственное, что я хочу заполнить, — прорычал он, покрывая поцелуями изгиб моей шеи. — Я так чертовски скучал по тебе. По тому, как ты ощущаешься и как ты вкусна.

Дерек медленно опустил меня на землю. — Ты нужна мне, Эва.

Он стянул мокрую толстовку с головы и отбросил ее в сторону. Я на мгновение замерла, любуясь его мускулистой грудью и татуировками, покрывающими его кожу. Я запомнила каждый штрих, каждый изгиб, каждый след его прошлого, нарисованный на его теле, словно карта и хронология его жизни.

Наклонившись вперед, я прижала губы к его груди.

— Я твоя, — прошептала я.

Дерек схватил меня за затылок и снова прижался губами к моим. В том, как он пожирал мои губы, не было ничего нежного или сладкого. Это было первобытно, неистово — чертовски сексуально.

Я не была уверена, как оказалась лежащей на лужайке, пока он срывал с меня мокрую одежду.

— Детка, у меня есть соседи.

Он хмыкнул у меня на шее.

— Ну, тогда нам лучше позаботиться о том, чтобы устроить им чертовски хорошее шоу.

Шутливый ответ, который я задумала, замер на губах, когда он взял их в зубы, покусывая и сосая, пока они почти не онемели.

Секс на моей лужайке под дождем никогда не входил в список моих жизненных желаний, но сейчас я ни о чем не мечтала больше, чем о том, чтобы этот мужчина взял меня и обожал так, что утром я бы едва могла ходить.

Мои пальцы скользнули по его мокрым волосам, пока он лизал мои груди, слизывая воду и заставляя каждое нервное окончание в моем теле петь и оживает. Его рот покрыл один из моих сосков, а рука мнула и сжимала другой. Нежные зубы скользнули по чувствительному верхушку, и он посмотрел на меня, прикусывая с чуть большей силой.

От этого ощущения из моих губ вырвался шипящий стон, и я выгнула спину, предлагая ему всю себя.

— Ты чертовски красива.

Дерек спускался по моему телу, целуя и лаская каждый сантиметр. Я раздвинула бедра, и он, не теряя ни секунды, сорвал с меня промокшую ткань трусиков.

— Знаешь, ты должна мне как минимум две горсти нижнего белья.

— Я куплю тебе все, что ты захочешь, ангел, только бы я мог погружаться в эту сладкую киску, когда захочу, — стонал он, облизывая мою мокрую щель.

В этом дополнительном слое влаги, в том, как наши тела скользили друг по другу, как шелк, в смеси дождя и вкуса его кожи было что-то такое чувственное. Несмотря на легкий холодок в воздухе, холод ко мне так и не дошел.

Каждая часть меня была окутана его теплом и полностью поглощена огнем, который он разжигал все сильнее с каждым лизком и движением языка.

— Черт, как я скучал по этому, — прорычал он над моим клитором, прежде чем засасывать его в рот. — Так чертовски хорошо.

Его руки сжали мои бедра, и он притянул меня ближе, поглощая меня, выпивая каждую каплю.

Я запрокинула голову, когда оргазм пронзил меня.