Барабанный бой становился громче по мере того, как я приближалась к поляне. Кто-то привязал ленты к деревьям, окружавшим поляну. Сквозь стволы я мельком увидела костёр. Я пришла в нужное место.

Я взглянула на фиолетовую магию, струящуюся между моими пальцами.

Укрывшись за дубом, я выглянула сквозь деревья на поляну. Там вокруг костра танцевали мужчины в набедренных повязках, среди них был и дядя Даррелл. На лодыжках и запястьях у него были привязаны колокольчики.

Пока я смотрела на них, позади меня послышались шаги. Я развернулась, засовывая светящуюся руку в карман. Там, за моей спиной, я обнаружила мужчину. Его пузо нависало над набедренной повязкой, а лицо было разрисовано синими полосами. Лунный свет падал на его лысую голову. Судя по запаху, он определённо был человеком.

Он поправил очки на носу.

— О, привет. Шаман сказал, что барабанный бой может привлечь самок. Это первобытное чувство, не так ли? Ты здесь, чтобы спариваться?

— Нет, я здесь не для того, чтобы спариваться, — тихонько ответила я. Ни за что на свете я не хотела поразить этого парня магией вожделения. Этот разговор и так начался достаточно плохо.

— Вообще-то, для этого, — он прислонился к дереву.

— Не говори мне, что я думаю, мудло, — мой голос прозвучал громче и злее, чем я хотела.

Он поднял руки.

— Прости. Мне сказали, что на самом деле женщины хотят, чтобы их контролировал и защищал альфа. Сегодня вечером мы отправились на оленью охоту, чтобы соприкоснуться с нашими первобытными «я».

Я провела кончиками пальцев по ремню на груди, испытывая искушение пустить в ход свой меч. Этот тип зря тратил моё время.

— Всё дело в гормонах, — продолжил он. — Женщинам нравятся мужчины, которые могут обеспечить. Я читал об этом в книге. Мужчины должны оплодотворить своим семенем гарем из молодых женщин. Это биология, не так ли, — он прочистил горло. — К сожалению, оказалось, что оленя очень трудно подстрелить из лука, поэтому я не могу сказать, что мы его поймали. Дерек получил стрелу в ногу, а Кевин поранился тетивой. Кто-то принёс козу, но она убежала, прежде чем мы успели её подстрелить. Эта чёртова тварь съела и наши сырные булочки, а я их так предвкушал.

Я всё ещё размышляла, как это будет выглядеть с точки зрения морали, если я просто отрублю ему голову.

— В любом случае, что нам делать дальше? — продолжил он. — Мне не совсем нравятся человеческие брачные ритуалы. Может, мне купить тебе сосиску или что-нибудь другое? Коробку хлопьев? Я мог бы приготовить тебе кебаб или что-нибудь в этом роде, а потом мы могли бы заняться сексом, пока я пытаюсь укусить тебя сзади за шею, как лев? — он согнул пальцы, изображая когти.

Я моргнула.

— Ты не… человек? — я могла бы поклясться, что он человек. От него пахло человеком, и он казался слишком слабым, чтобы быть кем-то ещё.

Громкий смешок.

— О, я человек! Конечно. Я просто серьёзно не знаю, как работают обычные человеческие брачные ритуалы. Мне что-то говорили о том, что нужно давать пищу и кусаться, чтобы утвердить своё господство.

Я оглянулась на шаманов. Дядя Даррелл придерживал оленьи рога на своей голове.

— Никто из этих людей не знает, как ведут себя нормальные люди. Вы учитесь не у тех, — из-за чего будет ещё труднее выделить среди них ангелов, если я просто не обрушу на них магию.

За его спиной топтался ещё один человек. У этого к рукам была привязана картонка, и он оклеил её оранжевыми и жёлтыми перьями. На голове у него была птичья маска, и он грыз куриное крылышко.

— Привет, Мартин. Ты заманил самку для спаривания?

Мартин почесал нос.

— Ну, я не уверен, что она клюнет. Я не совсем понимаю, что происходит не так.

— Ты рассказал ей об укусе льва? — его друг озадаченно нахмурился. — А про кебаб сказал?

Мартин моргнул.

— Да, Гарет, я так и сделал.

— Я не клюну, — подтвердила я.

Человек-птица расправил крылья.

— Вообще-то я и сам гладиатор.

Не может быть, чтобы этот мужчина был гладиатором. Он умер бы за считанные секунды.

— В World of Warcraft, — добавил он. — Как бы ты отнеслась к тому, чтобы породниться с фениксом? Духовная связь с началом и концом Вселенной?

Я покачала головой.

— У птиц нет пенисов, так что…

Его лицо вытянулось.

— Нет?

— Только у селезней, но… — я не договорила фразу. Я потратила на этих двоих достаточно времени. — Знаете что? Неважно. И ещё, простите за это.

— За что? — спросил Мартин.

Быстрым движением я дважды ударила Мартина кулаком в висок, отчего он потерял сознание. Человек-птица начал тихонько вскрикивать, но я развернулась и ударила его по черепу левой рукой.

Двое мужчин упали на землю, их грудные клетки всё ещё приподнимались и опускались. Ну и прекрасно.