— Благодарю, что согласились принять меня, — сказал Теон, позволяя своей тьме дрейфовать вокруг него. Одновременно как предупреждение и как напоминание о том, кто он такой.

— Все что угодно для Лорда королевства Ариуса, — промурлыкала Жизель, и ее голос прошелся по нему чувственным касанием.

— Он еще не Лорд Ариус, — глубоким голосом отозвался Килиан. — И приводить Тристина Блэкхарта в наш дом — не лучший способ начать разговор. Разве он не передал тебе, что ему здесь не рады?

— Я довел до его сведения, что мое присутствие вряд ли пойдет на пользу делу, но вы же знаете, какими бывают Лорды и Леди, — со снисходительным вздохом вставил Тристин, затягиваясь. — Никто не в силах указывать им, что делать.

Теон медленно повернулся к нему. Но Тристин, казалось, не заметил взгляда, небрежно выпуская дым. Подавив раздражение, Теон снова обратился к оборотням.

— Тристин — не ваша забота. Он сопровождает меня по другому вопросу, но давайте перейдем к сути, — сказал Теон. — Мне сообщили, что у моего отца есть владения в районе Развлечений. Как новый Лорд Ариуса, я заявляю на них права. Мне нужно знать их расположение.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — ответила Жизель, и если бы Теон не знал, насколько коварны оборотни, он бы ей поверил.

Возможно, она и говорила правду, но они лгали так гладко, что верить им на слово было невозможно. Ему нужны были доказательства, но если владений действительно нет, как это доказать?

— Даже если бы мы знали, как уже было сказано — ты еще не Лорд Ариуса, — добавил Килиан.

— Формальность, — фыркнул Теон. — Так или иначе, я — исполняющий обязанности Лорда. Даже если бы это было не так, я все еще Наследник королевства Ариуса. И именно мое королевство позволяет вам столь свободно управлять этим Районом. Думаю, при необходимости это можно довольно быстро изменить.

Его сила сгустилась, тьма затопила изумрудную радужку глаз. Оборотни не шелохнулись, но и возразить им было нечего.

— Но раз уж мы уладили эти вопросы, — продолжил он, позволяя магии угаснуть и втягивая тьму обратно, оставляя лишь едва заметные нити. — Я также готов заплатить за информацию столько, сколько потребуется.

— Неужели? — спросила Жизель, подперев подбородок рукой и взбалтывая вино в чаше.

— Да, — немедленно ответил Теон.

— А если цена будет не в деньгах?

Все пошло не так, как он планировал, но он сказал:

— Я слушаю. Если цена в пределах разумного.

— В пределах разумного? — Жизель коротко рассмеялась. — Какая цена может быть слишком высокой за сведения, которые тебе так отчаянно нужны?

Он подумал было солгать насчет своего отчаяния, но кого он обманывал? Аксель пропал несколько недель назад. Он был в отчаянии.

Взгляд Жизель метнулся к Кэт, которая тихо стояла на шаг позади него — так, как всегда учили фейри.

— Она не участвует в переговорах, — быстро отрезал Теон.

— Какой собственнический настрой по отношению к своей фейри, — цокнула Жизель.

— Не собственнический, а защитный. Я обязан обеспечивать безопасность тех, кто находится под моей защитой, — ответил он, его магия дрожала от желания ускорить процесс.

— Совсем как в отношении твоего народа, — заметила она.

— Да, именно.

— И к твоей семье.

— Да, — процедил он сквозь зубы.

— Рада, что ты это понимаешь, — продолжила она. — Потому что мы тоже очень ревностно защищаем тех, за чью безопасность отвечаем. Свой народ. Свою семью.

На ее губах заиграла понимающая усмешка, когда заговорил Килиан.

— А что твои спутники? Готовы ли они заплатить такую цену?

— Вы ведете переговоры со мной! — резко сказал Теон.

Хищная улыбка Килиана заставила Теона внутренне насторожиться. В глазах оборотня появилось нечто дикое и первобытное. Зрачки Килиана вытянулись в кошачьи щелки, когда он произнес:

— Тогда Сделка, юный Наследник.

Боги.

Сплошные сделки направо и налево. Рано или поздно им придется за это расплачиваться.

— Называйте ваши условия, — сказал Теон.

— Найди нашего пропавшего принца оборотней.

Теон несколько раз моргнул, прежде чем смог выдавить:

— Я не знал, что кто-то из ваших детей пропал.

— Все мои дети на месте, — ответил Килиан. Его кошачьи глаза скользнули к Тристину. — А вот ребенок моей сестры — нет.

Теон обернулся к Тристину и увидел, что тот в ужасе уставился на Альфу. Теон никогда не видел этого мужчину настолько потерявшим самообладание.

— Ты никогда не говорил мне, что был ребенок, — произнес Тристин.

— Это было не твое дело, — холодно отрезал Килиан. — Но, похоже, настали отчаянные времена.

— Кто-нибудь, введите меня в курс дела, — потребовал Теон, переводя взгляд с одного мужчины на другого, а затем на Жизель. — Как и когда?

— Думаю, Тристин просветит тебя насчет «как». А что до вопроса «когда» — двадцать три года назад, — сказала Жизель, и ее лицо ожесточилось.