Ярость в ее глазах слегка поутихла.

— Что?

— Ты слышала. Расскажи, как ты их убила. Ты использовала силу?

— На одном из них.

— Ты растягивала удовольствие?

Он увидел, как дернулся ее кадык, когда она сглотнула.

— Да. Заставила его встать на колени. Лишила воздуха. Забрала его силу.

— А потом?

— Вонзила лезвие в горло, — выдохнула она.

— Какая жестокая искусительница, — хрипло произнес Лука. — А второй?

— Никакой магии. Только клинки.

— Я бы хотел на это посмотреть.

— Почему?

— Потому что я видел тебя в ярости. Это потрясающее зрелище.

— Прекрати, — отрезала она.

Он вскинул бровь:

— Прекратить что?

— Говорить такие вещи.

Он пожал плечом:

— Ты спросила и я ответил.

— Нет, — процедила она. — Ты вечно так делаешь. Говоришь, что дашь мне то, что нужно, а потом отказываешь. Или ты собираешься просто забрать у меня все, как он?

— Я ничего не собираюсь у тебя забирать, Тесса. Тебе придется подойти и самой попросить о том, чего ты хочешь.

— Попросить? — фыркнула она.

— Если ты думаешь, что я сделаю этот выбор за тебя — подумай еще раз. Ты хочешь, чтобы другие принимали за тебя сложные решения. Я этого делать не буду.

— Мне никогда не приходилось просить его, — парировала она, сильнее сжимая полотенце на груди. — Он просто знал, что мне нужно.

— Думаешь, я не знаю? — спросил он с усмешкой истинного хищника. — Я прекрасно знаю, что тебе нужно. Но я не уверен, что ты это знаешь. Ты обвиняешь всех в том, что у тебя забирают. Хотя мы оба знаем, что именно этого он у тебя никогда не забирал. Так что теперь тебе придется просить.

— Просить, — повторила она, и гнев вспыхнул вновь. — Что? Хочешь, чтобы я ползала по полу и сладко умоляла на коленях?

— Если ты сама этого хочешь.

— Пошел ты нахер! — рыкнула она.

Он снова пожал плечами, потому что теперь этот образ засел у него в голове, и это было… просто сказочно. Он и так держался из последних сил. Его дракон был в восторге от мысли о ней на коленях, а магия была в восторге от… в общем, просто от нее.

Теперь, когда он проводил с ней столько времени наедине, то притяжение, которое он годами игнорировал, становилось только сильнее. Но это были мысли, которыми ему не следовало задаваться.

Потому что она принадлежала Теону.

«Моя», — прорычал дракон так властно, что Лука почувствовал, как изменились его глаза.

Она явно это заметила, и выражение ее лица стало чувственным.

— Ты бы даже не знал, что со мной делать, если бы я доползла до тебя, Лука, — промурлыкала она, неспешно направляясь к нему.

— Малышка, я точно знаю, что бы я с тобой сделал, — парировал он, мгновенно принимая вызов.

Он ни за что не позволил бы ей взять верх. Ни одна частица его существа этого бы не допустила:

— Но дело не в том, что я бы с тобой сделал бы, а в том, что тебе нужно сейчас.

— И что же мне нужно?

— Выплеснуть энергию после победного кайфа.

— Через спарринг? — протянула она, закатывая глаза и пытаясь пройти мимо.

— Нет! Вот ты, сучка, — прорычал он, разворачивая ее и прижимая спиной к стене спальни.

Она испуганно выдохнула, когда он уперся рукой в стену над ее головой.

— Попроси меня!

На него смотрели фиолетовые глаза, полные гнева, неистового огня и подозрения. В ее голосе послышалась мука, когда она произнесла:

— Пожалуйста, не будь козлом.

— Попроси меня! — повторил он.

Она на мгновение закрыла глаза, явно ведя внутреннюю борьбу. Когда она снова открыла их, то прошептала:

— Я не могу.

— Почему? — Его голос стал хриплым в ожидании ответа.

— Потому что я тебе не доверяю, — призналась она. — Я не могу тебе доверять.

В груди что-то болезненно сжалось. Его дракон отпрянул, словно она его ударила. В каком-то смысле так и было. Он здесь, с ней, а не там, где хотел бы быть. Он учит ее контролировать магию, которая разрушит королевство, которое он клялся защищать. Он стоит здесь, готовый дать ей то, в чем она нуждается, а она говорит, что не может ему доверять?

Он поцеловал ее прежде, чем сам успел сообразить, что делает. Боги, он был готов поклясться, что каждый раз, когда он это делает, ее рот становится для него смертным приговором. И все же он возвращался за этой пыткой снова и снова. Неужели она не понимает, что она с ним творит? Через что он проходит ради нее? И она, блядь, ему не доверяет?

Лука не планировал, что этот поцелуй будет таким глубоким и сокрушительным. С другой стороны, он вообще не планировал ее целовать. Все должно было быть мягко, лишь легкие касания языка, но тут ее руки скользнули в его волосы. Обе руки. А это значило, что она выпустила полотенце.