— Похоже, она очень старая. Века и века. Может, еще до времен Деврама. Это делает ее невероятно ценной, правда?

— Клянусь Судьбами, Элиза, — снова прорычал Разик.

— И ты просто оставишь эту невероятно ценную вещь здесь? Где ее никто не ценит? — продолжала она.

— Это неправда… — начала было Кэт, но Теон прикрыл ей рот ладонью, заглушая слова.

Он прекрасно понимал, что делает Элиза, и им нужно было дать этому разыграться. Честно говоря, он удивился, что Лука еще не…

Книга захлопнулась с громким стуком, и Лука, притянув ее к себе, сунул под мышку.

— Я вообще-то читал! — сказал Разик опасным тоном, от которого магия Теона заворочалась в душе.

— А я ее краду, — ответил Лука. — Значит, теперь она моя!

Разик прищурился, а Элиза разразилась смехом. Когда гневный взгляд Разика переместился на нее, она ухмыльнулась:

— Свой шанс ты упустил.

Оттолкнув руку Теона, Кэт прошептала прерывистым голосом:

— Ты не можешь украсть эту книгу, Лука. Здесь повсюду стражи и заклятья. Тебя обязательно поймают.

— Однако именно ты настояла на том, чтобы я переместил ее в это здание, — парировал Лука, крепко прижимая фолиант. Он косился на брата, будто ожидая, что Разик попытается выхватить книгу из рук.

— Тут он прав, — вставил Теон.

Кэт резко повернулась к нему.

— Теон, ты же не серьезно позволишь ему украсть книгу, — прошипела она. — Тебе больше никогда не разрешат ступить на этот остров. Никому из нас!

Слегка шокированный ее тоном, Теон осторожно ответил:

— Они не смогут доказать, что это были мы. А когда закончим, мы ее вернем.

— А если нас поймают? — потребовала она ответа.

Боги, он никогда не видел ее такой взвинченной.

— Я все улажу, — сказал он.

— Тебе-то что, — бросила она. — Луке тоже ничего не будет. Разик и Элиза вообще из другого мира. А я… со мной церемониться не станут.

В ее глазах блеснули невыплаканные слезы. Теон знал ее не так давно, но понимал, что она не из тех, кто дает волю эмоциям.

— Ты думаешь, я не защищу тебя? — спросил он, наклоняясь, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Наследие постоянно приносит фейри в жертвы, — отрезала она. — Скажи мне, что ты сам так не делал раньше.

— То было другое.

— Чем же?

— Тем, что…

Теон не знал, как это объяснить. Она была права. Он приносил других в жертву ради своих целей. И не только фейри. Любого, кто вставал на пути. Все, чтобы доказать отцу, что он именно тот, кто ему нужен, и избежать подозрений. Он делал то, что должно, и делал это без тени сожаления. Это ничем не должно было отличаться, но… отличалось.

— Мы можем принести клятву на крови, — наконец сказал он. — Я поклянусь оберегать тебя от вреда и защищать.

Она нахмурилась.:

— Мне не нужна твоя клятва на крови, Теон, — ответила Кэт. — Дело не в том, что ты можешь мне дать. Дело в реальности этого мира. Они потребуют возмездия, и страдать буду я.

— Клянусь, этого не случится, — настаивал он.

— Если нас поймают, нас всех арестуют. Будет слушание в Трибунале. Тебя не убьют, потому что ты Наследник королевства Ариуса, или Лорд, или кто ты там еще, — заговорила Кэт быстро, пара слезинок все же скатилась по щекам. — Луку и Разика не убьют, потому что они Наследие Саргона. Элиза — близнецовое пламя Разика, и он вытащит ее из этого мира прежде, чем кто-то успеет хотя бы подумать о казни. Остаюсь я. Чтобы наказать тебя и твое королевство за нарушение договора, они заберут меня и убьют. Простую фейри огня, чье близнецовое пламя бросило ее здесь на произвол судьбы.

От недавнего веселья не осталось и следа. Теон не совсем понимал, что делает, но он протянул руки и притянул Кэт к своей груди, крепко обнимая. Это не было чем-то большим, чем попытка утешить. Раньше он так делал для Акселя, когда они были младше.

Она рыдала, его рубашка намокла от ее слез. Он погладил ее по волосам, поднял взгляд, встретился с глазами Луки и сказал коротко:

— Книга остается.

Спустя несколько часов, когда солнце уже село и они вернулись в поместье, Теон тихо постучал в дверь Кэт. Она открыла мгновение спустя; ее припухшие глаза говорили о том, что она снова плакала.

— Да? Чем могу помочь? — спросила она.

— Можно войти? — сказал Теон.

— Конечно, — она отступила, пропуская его. Закрывая дверь, она добавила: — Прошу прощения, что я не одета подобающим образом. Я не знала…

— Все в порядке, Кэт, — перебил он. — Я просто хотел узнать, как ты после сегодняшнего.

На ее щеках выступил легкий румянец:

— Я тоже прошу прощения за свое поведение и за то, что говорила с тобой в таком тоне, — пробормотала она, сцепив руки перед собой и глядя в пол.

— Я знаю, что все, связанное с Акселем, дается тебе тяжело, — сказал Теон. — Я работаю над тем, чтобы все исправить.

Она кивнула, по-прежнему не глядя на него:

— Это из-за него ты так поступил?