– Дмитрий, ты так дивно смотрелся с шариком! Просто удивительно органично! – с самым серьёзным видом заверял Петровского его начальник, не обращая внимания на мрачнейшее выражение физиономии подчинённого.

А всё остальное? Петровскому было исключительно интересно, это он случайно так попадается, или во всех этих нелепостях есть какой-то смысл? Нет, если бы это касалось только рабочих ситуаций, то можно было бы решить, что это всё его руководство изгаляется, но ведь в жизни-то ему тоже всё чаще попадались такие странные моменты, в которые большинство людей никогда не попадали и не попадут.

– Вот, например, этот таракан! – невесело пробурчал Дмитрий, когда за разгневанной Настасьей и Маришкой закрылась входная дверь. – Эх… жизнь моя жестянка! Да ну её в… болото!

Впрочем, уже к вечеру Петровский утешился – таракан преткновения, из-за которого все планы на майские выходные пошли прахом, ничем не мешал, сидел себе в своём контейнере, шевелил усами и, кажется, вообще не переживал о перемене местожительства, зато выяснилось, что сам Дмитрий избежал серьёзной опасности:

– Дима, представляешь, к маме приехала тётя Мила, – сообщила Петровскому жена, уже сменившая гнев на милость. – Она хотела проведать нас и очень обрадовалась, что мы с Маришкой тут, а то она хотела к нам домой ехать!

Вот тут-то вечернее небо за окном воссияло для Димы чем-то радостным, утренним, радостным и исключительно оптимистичным.

– Да-ты-что… – как можно более нейтральным тоном отозвался Петровский. – Как мне не повезло – я не увижу твою тётю Милу!

Настасья, которая прекрасно знала о «нежных» отношениях собственной тётки и мужа, тихонько хихикнула:

– Ладно-ладно, отдыхай уже! Главное, не прибей этого питомца Маришкиного жениха, а ещё смотри, чтобы он не сбежал! Я этого не переживу!

Петровский покосился на контейнер, согласно поугукал, а потом, закончив разговор, сообразил, что вообще-то даже тараканы что-то едят и даже пьют.

– Если дочка получит в контейнере… гм… останки Кузи, то жизнь у меня будет трудной и тяжёлой – дочка же реветь будет! – плач Маришки Петровский не выносил – сразу хотелось сломать мир и переделать его как-то так, чтобы его драгоценный ребёнок не лил слёзы.

Так как Дмитрий понятия не имел, что жрут мадагаскарские шипящие тараканы, пришлось лезть в интернет и с величайшим изумлением читать, что, оказывается, их реально ЗАВОДЯТ, да мало того, даже признаются в этом, и фотографируют это вот безобразие, да ещё и видео снимают!

– Чего только у нас люди не делают, – флегматично вздохнул Петровский, когда вспомнил некоторые странности, с которыми сталкивался по работе. – Ладно… кормить овощами и фруктами, ещё жрут хлеб, поить губкой, а то или утонут в миске, или вода оттуда испарится, и они помрут от сухости, а ещё не перегревать и не допускать переохлаждения. Ёлки-палки, ещё бегать вокруг и уточнять, а не жарко ли Кузе, а не холодно, а не сухо ли? А может, всё-таки лучше этого мадагаскарца того… А! И убежище ему надо! За-ши-бись!

Петровский мрачно уставился на Кузю, тот весьма заинтересованно воззрился на человека – по крайней мере, усами водил точно в направлении угрожающего объекта.

– Кто бы знал, какой фигнёй мне придётся заниматься! – думал Дмитрий, брезгливо открыв крышку контейнера и закинув туда кусок моркови, кусочек подсохшего хлеба и отрезанный уголок от губки для мытья посуды, пропитанный водой. – Так, ещё убежище ему надо, чтобы я его реже видел и он на меня не пялился!

Роль убежища расчудесно сыграла втулка от туалетной бумаги, закинутая вместе со всем прочим в контейнер.

Петровский ответственно подошёл к закрыванию крышки Кузиного жилища, проверив её защёлки раза три – чисто на всякий случай, а потом пошёл заслуженно отдыхать.

– А что? Я это заслужил! Более того, даже тётка Настасьина меня миновала! Правда, на бреющем полёте, но миновала! – Петровский вольготно расположился на диване, перед которым загодя выставил блюдо с вяленой рыбой, присланной знакомым из Астрахани, и пиво.

– Отдых! – провозгласил он, включая телевизор.

– Бред какой! – выдал Дмитрий через сорок минут, перещёлкав кучу каналов. – Даже футбола приличного нет! Чего-то я так заработался, что аж забыл, какую фигню там показывают. Так, ладно, что бы этакого посмотреть из фильмов?

Он прищурился, соображая, что ему хочется, как вдруг какое-то движение на пороге комнаты привлекло его внимание.

– Ыыээть! – выдал он.

Прекрасное зрение не позволяло ошибиться – на пороге комнаты ему приветственно помахивал усами Кузя.

– Гррр… – отреагировал Дмитрий. – Да чтоб тебя! И что делать?

Профессиональная память – великое дело даже при ловле тараканов! Каким образом Петровский краем глаза узрел и запомнил, что эти паразиты любят пиво, потому что их там привлекают какие-то вещества, непонятно – он точно-преточно не собирался угощать навязанного ему Кузю этим напитком.