— Что готовишь? — спросила она, подойдя ближе и заглядывая в миску.

— Яичница, тосты, и ещё есть кофе, если хочешь. — Я указал на свежий кофейник, который приготовил не больше десяти минут назад. Она тут же бросилась к нему.

Я уже поставил для неё кружку, сахарницу и сливки. Знал, что она любит добавлять и то, и другое.

— Не стоило так утруждаться, — сказала она, размешивая кофе, пока он не приобрёл светлый оттенок от сливок.

— Я хотел, — ответил я, перекладывая яйца на сковороду.

Она прислонилась спиной к столешнице, обхватила кружку обеими руками и сделала глоток.

— Ты задаёшь слишком высокую планку в самом начале. Надо было выгнать меня из постели, чтобы я не возлагала столько ожиданий. — Она шутила, и я указал на неё лопаткой.

— Ничего смешного. Тот, кто выгоняет тебя из постели, — просто сумасшедший.

Она закатила глаза и отмахнулась от моего комплимента.

— Я не в чьём-то вкусе. Никто не может нравиться всем. Как-то Дита фон Тиз сказала, что можно быть самым сочным персиком в мире, но всё равно найдётся тот, кто ненавидит персики.

Я помешивал яйца, покачав головой.

— Ну, а я, например, очень-очень люблю персики, — сказал я с улыбкой, бросив на неё взгляд.

Она поставила кружку и подошла ко мне, прижимаясь к моей спине.

— Хорошо, что ты любишь персики, — прошептала она, целуя меня в шею.

На мне не было рубашки, и между нами была только тонкая ткань её футболки. Её руки скользнули вниз и сжали мою задницу поверх джинсов.

— Это месть за вчерашний вечер? — спросил я, скрипя зубами, чувствуя, как желание к ней снова накатывает волной.

Сколько бы раз и в каких бы формах я ни обладал ею, мне всё равно было мало. Никогда прежде я не встречал никого подобного и понимал, что больше не встречу.

— Возможно. Тебе не стоило так поступать. Мой отец, наверное, наблюдал. — Её пальцы скользнули к моим бедрам и начали двигаться к паху, заставив меня ощутить привычный отклик.

— Если ты не прекратишь, я сожгу яйца, — выдавил я сквозь стиснутые зубы, а она засмеялась, уткнувшись носом мне в спину.

— Ладно, — пробормотала она, убирая руки и отходя.

Я шумно выдохнул и понял, что мои руки слегка дрожали. Если не убрать яйца с плиты прямо сейчас, они точно подгорят. Быстро снял сковороду и размешал содержимое. Всё в порядке.

Пока в тостере подрумянивались хлебцы, я достал апельсиновый сок, расставил тарелки и приборы. Сейдж стояла неподалёку и внимательно наблюдала за мной. Мне нравилось, как она смотрела, нравилось, что она находилась здесь, в моём пространстве. Я был так близок к тому, чтобы представить её частью моей жизни, как будто вообще мог себе это позволить.

Когда мы сели за стол, Сейдж устроилась боком на стуле, подтянув под себя ноги.

— Спасибо, что позволил мне остаться. Я уж думала, ты не впустишь меня в свою «Крепость одиночества».

— Ну, — отозвался я, откусив кусок тоста и проглотив его прежде, чем продолжить, — здесь хотя бы теплее. Надеюсь.

Она улыбнулась, прикрываясь чашкой кофе.

Мы ели молча, наслаждаясь редкой возможностью просто быть рядом, без слов. Я не отрывал взгляда от её рук. У Сейдж были изящные пальцы, такие, что, казалось, они созданы для игры на музыкальных инструментах.

— Ты снова пялишься, Куинн Бранд, — заметила она, подняв на меня глаза.

— Я предпочитаю называть это интенсивным восхищением.

Она фыркнула, едва не поперхнувшись от смеха.

Когда завтрак был окончен, она сказала, что ей нужно вернуться домой и заниматься учёбой. Я хотел бы провести с ней больше времени, но боялся показаться слишком навязчивым.

Мы вместе убрали посуду, и Сейдж ушла в спальню переодеться.

Когда она вышла, держа сумку в руках, я уже допивал третью чашку кофе.

— Я... — начала она, но тут же замялась, будто передумав.

— Что? Ты что? — спросил я, чувствуя, как мне не хочется её отпускать.

Я хотел схватить её за руки, увлечь обратно в спальню и забыть обо всём на свете. О работе. О её отце. О последствиях.

Но вместо этого я моргнул несколько раз, стараясь вернуть себе ясность. Она должна уйти. Сейчас.

— Ничего, — быстро сказала она, натянуто улыбнувшись и направляясь к двери.

Я заставил себя проводить её. Она остановилась на пороге, положив руку на дверную ручку.

— Спасибо за всё, Куинн.

Она поднялась на цыпочки, чтобы коротко поцеловать меня, а затем быстро исчезла за дверью.

Я закрыл её и шумно выдохнул.

Мне нужно быстрее закончить эту работу. Чем скорее — тем лучше.

***

— Офис находится здесь, — сказал я, указывая на увеличенный план особняка Бомонтов. — Система охраны стандартная. Кэш, ты с этим справишься.

Он усмехнулся, хрустнув пальцами.

— Легче лёгкого.

— Думаю, стоит дождаться момента, когда я смогу снова попасть в дом, чтобы заложить всё необходимое, — добавил я.