— Что там? — заинтересовался Кирилл, и даже поднялся с кряхтением со своего места. Он подошёл к столу Алексея, взял в руки одну из фотографий и внимательно посмотрел на неё, поворачивая в руках. — А, ну да. Вспомнил. Ничего удивительного, что знакомое место. Обычная проходная улица. Только вот весь отдел уже знает, что единственная камера, которая там находится на магазинчике, и та бутафорская. Уже сколько раз мы подавали заявки, чтобы туда повесили парочку наших камер, но почему-то каждый раз документы то терялись, то их не одобряли.

Он положил фотографию обратно на стол.

— Ладно, удачи тебе.

— Угу, — ответил Алексей, уже не слушая его.

В этот момент он похмыкал, глянул на собаку, которая подняла голову и посмотрела на него ответ. После чего поднял служебный телефон и принялся набирать какой-то номер.

— Алло, здравствуйте, — заговорил он, когда на другом конце ответили. — Я звоню вам по поводу расследования убийства. Нет-нет. Не опять, это старое дело, которое скоро уже раскроется. Нам необходимо обсудить детали. Это понятно. Угу…

С другого конца послышался тяжёлый вздох, и голос попытался что-то ответить, ссылаясь на занятость. Только вот Алексея это нисколько не убедило.

— А чем вы сегодня занимаааетесь? А гдеее? А когда удобно? — Продолжал докапываться Алексей.

— Ничего страшного. Я могу хоть домой, хоть на работу к вам приехать. У меня ведь велосипед. Синий… Где вы находитесь в этот момент? А когда будете? Ничего-ничего… Я уже выезжаю!

Степан усмехнулся энтузиазму Алёши и сделал несколько глотков кофе.

***

Алексей внимательно осмотрел старичка, что сидел рядом с ним и спросил:

— Вы ТОЧНО не помните, что делали восемь лет назад, двадцать второго августа в пять вечера?

Старик повернул голову и глянул на парня.

— Я не помню, ходил ли я сегодня по большому или нет, — с трясущейся головой произнес старик недовольно. — Как я могу помнить, что было восемь лет назад?

— Да? — удивленно произнес Алеша и открыл папку с документами, что лежала у него на коленях. — А вот восемь лет назад вы писали, что четко помните, как самостоятельно ходили в магазин. Купили куриную грудку, батон и приправу для рыбы. Потом еще зашли в аптеку, по улице Сигнальная дом двенадцать. Там взяли лекарства по рецепту.

— Может быть. Я не помню, — проворчал старик.

Алеша с подозрением глянул на старика и спросил:

— А зачем вы купили приправу для рыбы, если вы покупали курицу? — спросил Алексей.

— Не знаю! — начал раздражаться старичок. — Что тебе от меня нужно?

Алеша криво усмехнулся и произнес:

— Валентин Павлович, вы ведь знаете, что в тот день была убита девушка? Убийство произошло на Тверской, в глухом переулке. Там были остатки ее крови. А вот сам труп нашли спустя неделю, в десяти километрах от города.

— Я не знаю этого, — нахмурился старичок. — И меня уже вызывали! И карту проверяли и историю покупок!

— А продавцы вас узнали? В магазине была камера? В аптеке? — Алексей едва заметно улыбнулся, посмотрел на старика, что начал нервничать и произнес: — Камер не было, так?

Старичок начал глубоко дышать и крепче сжимать свою палочку с черной костяной ручкой.

— Вы не ходили в аптеку, — спокойно произнес Алексей, наклонился и попытался взглянуть в глаза старичка. — И в магазин вы не ходили!

— Ходил! Я ходил в аптеку и в магазин! — рыкнул на него Валентин Павлович. — Какого черта тебе надо? Отстань от меня, понял?

Старичок поднялся, оперся о трость и ткнул пальцем в Алексея.

— Щенок, допрос мне тут устроил? Повестка где? — трясущейся рукой пригрозил он ему. — Что за самоуправство? Я жаловаться буду!

Алексей тоже поднялся.

— Будет повестка, Валентин Петрович, — кивнул парень. — теперь у меня есть все основания считать, что маньяк — это вы!

Старик хлопнул глазами, набрал в грудь воздуха, возмущенно открыл рот, но не нашел что ответить. Он закрыл его, навалился на здоровую ногу, перехватил клюку и замахнувшись как следует влепил Алеше по плечу.

— Маньяк? Я маньяк?! Я боевой офицер, сукин ты сын!

Алеша прикрылся палкой, но старичок оказался не прост. Он слегка пригнулся и влепил Алеше по ноге.

— Ай-йай! — взвыл Алеша.

— Ты боевого офицера в маньяки собрался записать? Срок решил мне на старости лет впаять?! — рыкнул старик и еще раз влепил Алеше по хребту.

— Дедушка, не бейте! — пискнул Алексей, отскочил и сумел перехватить клюку, которой тот его пытался огреть к голове.

— Ах ты ж сученок, — дернул на себя трость старик, ухватил за руку и притянул к себе. — Я таких как ты, сопляк, руками голыми давил! И давить буду!

— Дедушка, так не сходиться ведь! — пискнул перепуганный от красных, налитых кровью глаз Алеша. — Не видел вас, а по карточке мог кто угодно…

— Валя! Валя, успокойся! — раздался женский голос.

Старик и начинающий следователь подняли взгляд и уставились на старушку, что кричала из окна.

— Валя, отпусти милиционера! Кому сказала!