С широко раскрытыми глазами я смотрю на него, слегка ошеломленная временем. Но, подумав, я понимаю, что не удивлена. Рошана никогда по-настоящему не интересовало правление, даже когда он возглавлял восстание. Он взял трон только для того, чтобы дома не разорвали друг друга на части, пытаясь посадить нового монарха.

— А что насчет Арана? Разве он не следующий в очереди?

— Да, — медленно говорит он, неуверенность плывет в его взгляде. — Но у него тоже нет интереса. Я думал о том, чтобы передать власть народу. Сделать королевство республикой.

— Это то, чего ты хочешь? — осторожно спрашиваю я. — Имперский дом — это наследие твоей семьи.

Рошан издает насмешливый звук.

— Наследие моей семьи — не то, чем кто-либо должен гордиться. Ориндхру нужно что-то новое, и пришло время перемен. Это было очевидно, когда я был лидером Дахаки, что монархия была фундаментально порочна. — Он качает головой. — Я не могу исправить столетия ошибок, и правда в том, что я не хочу. Люди не доверяют мне из-за моей роли в Дахаке, и они недолюбливают мою фамилию. — Он смотрит на меня, сожаление и стыд на его лице. — Я также достаточно присутствовал последние несколько месяцев, чтобы знать, что правление через страх ведет только к недоверию и обидам. Позволить моим людям самоуправляться — лучший путь к реальному будущему.

— Ты знаешь, что я поддержу все, что ты решишь сделать, — говорю я.

— Как ты думаешь, я поступаю правильно? — спрашивает он, выражение в этих карих глазах более уязвимое, чем я когда-либо видела.

Боги, я чувствую такую сильную любовь к моему доблестному, честному королю, что едва могу говорить.

— Отличительная черта великого правителя — это любовь к своему народу в первую очередь и забота о его благополучии. И мне кажется, что у тебя самые лучшие намерения для народа Ориндхра в сердце.

Звезды над нами, я так горжусь им. Если когда-либо и был момент, скрепивший мое прощение Рошана, то это был он. Истинный деспот удерживал бы власть любой ценой, он никогда бы не поставил интересы своего народа на первое место. Но я всегда знала в глубине души, что мужчина, в которого я влюбилась, восторжествует.

Стук в дверь прерывает нас, и Аран объявляет, что совет готов. Рошан берет меня под руку, и мы вместе входим в тронный зал. Он полон старейшин от каждого дома и дворянских представителей почти из каждого города, а также дюжины его королевских стражников, выстроившихся по периметру. Когда я вижу, что Рошан нервничает, я посылаю ему ободряющую улыбку.

С этими словами Рошан встает перед своим народом.

— Я всегда верил, что король должен жить в служении короне. Его роль — служить вам, а не наоборот. — Воздух в зале становится электрическим в ожидании его следующих слов, и он делает укрепляющий вдох. — В Ориндхре мы знали войну и мир, процветание и трудности. Мы видели темные времена, и мы должны благодарить Хранительницу Звезд за то, что она оберегала нас.

Я не вздрагиваю, когда все взгляды в огромном зале обращаются ко мне. Я сохраняю спокойствие и сосредоточиваюсь на Рошане.

— Мы всегда были народом силы, мужества и стойкости, и я призываю вас помнить об этом сейчас.

Король тянется вверх, чтобы схватить золотую корону на своей голове, и снимает ее.

В тот же миг зал взрывается вздохами и шепотом, и Рошан поднимает руку, чтобы утихомирить их.

— Мой прадед носил эту корону, я унаследовал ее от своего брата по крови, а теперь я стану последним из этой кровной линии — из любой кровной линии — кто будет носить ее. Ориндхр должен двигаться вперед в руках своего народа. Поэтому я, Король Рошан Ачария, отказываюсь от своего титула. Пришло время народу править.

Зал взрывается полным хаосом, но Рошан сохраняет спокойствие, его спина прямая. Он выглядит так, будто огромный груз свалился с его плеч. Как и следовало ожидать, не все счастливы. Естественно, находятся один-два дворянина в Регуле, которые чувствуют, что они достойны трона, но большинство представителей выглядят позитивно и с надеждой и открыты к переменам.

— Соблюдайте порядок, — громко ревет Хамид, — иначе вас удалят.

— Мы подготовили официальный документ о предлагаемой структуре управления, — говорит Аран поверх продолжающегося ропота, который в конце концов стихает. — Он описывает передачу политической власти четырем домам. Бывший король останется в консультативной роли, как и Хранительница Звезд. Но все решения, касающиеся управления Ориндхром, будут приниматься через выборный орган.

С этими словами Аран прочищает горло и начинает излагать детали плана мирной передачи власти.

— Отлично сработано, — шепчу я Рошану, когда он садится на место рядом со мной. — Итак, теперь, когда ты король без трона, что ты будешь делать?

Его губы изгибаются, когда он игриво подмигивает.

— Не хвастаюсь, но у меня есть некоторые навыки подрезки деревьев.

Эпилог