У нее уже было несколько детей от разных смертных мужчин, но ей пришлось оставить их вскоре после рождения. Всем было известно, что полубогов следовало оставлять у ворот Алзора. Таков был жестокий закон Юпитера, ведь все полубоги в его глазах были выродками. Даже его собственные дети. Что до Венеры, то она поняла, что была способна расстаться эмоционально и физически лишь с одним ребенком за сто лет. Все они были мужского пола, а сыновья Венеры были полезны для размножения полубогов. Наследие матери означало, что они становились более плодовитыми, чем остальные полубоги. У тех были куда более низкие способности плодиться, чем у людей или демонов, а значит, родословная Венеры всегда ценилась высоко.

Однако, ее потомки были мудры и никому не рассказывали, кем была их мать. Может, они так этого и не поняли, а если даже сумели сообразить, то с их стороны было бы умно это скрывать. Ибо полубоги были жестоки. Они бы использовали сыновей Венеры, как племенных быков, если бы это принесло благо их королевству.

Венера переживала о судьбе сыновей, но все равно хотела родить дочь. Она уже почти сдалась, когда Мойры принесли ей новости, которые она веками жаждала услышать. Они пришли к ней, когда Венера была у другой богини, Минервы, и сообщили, что она носит под сердцем дитя демона. Дочь. Венера изумилась, ведь она не предполагала, что бог и демон могут иметь общих детей.

Минерва тоже была удивлена. Она пообещала Венере сохранить это в тайне. Венера же была безутешна, ведь отец ребенка недавно погиб в битве с полубогами, и она уже несколько недель его оплакивала.

Шло время, и Венера родила дочь. Она назвала ее Алирой.

Часами богиня рассматривала серебристые волосы дочери, поражаясь тому, какой она была идеальной. Как звезда. Венера не могла ее отпустить, не хотела оставлять дитя у ворот королевства полубогов, Алзора.

Она решила было ослушаться жестокого закона, но бог смерти, Плутон, напомнил ей, что полубоги должны жить в Алзоре, а Юпитер никогда не позволит ей оставить дочь на небесах. Даже если Венера решила бы воспитывать ее среди людей, это уже привлекло бы внимание богов. Такое неповиновение было бы наказуемо.

Венера прислушалась к его предостережению и решила вновь обратиться к Мойрам, чтобы узнать, какая судьба ждет ее дочь, если она оставит ее у ворот Алзора, как настаивали боги. Мойры были магическими существами, способными предсказывать будущее. Кто — то считал их демонами, а кто-то — темными сущностями, что были старше богов. Каким бы ни было их происхождение, они были всевидящими и бессмертными. Они всегда наблюдали, всегда следили за каждой из реальностей. Их было трое, и все выглядели довольно пугающе. Кожа у них была темно-серая, волос почти не было. Одна закрывала рот, другая — глаза, а третья — уши.

Они показали богине судьбу ее дочери, золотую кровь, что так или иначе прольется из ее вен. Первая жестокая правда была в том, что девочка умрет. Алире было суждено прожить не счастливую, а полную страданий жизнь, что быстро подойдет к концу.

Мойры показали Венере, что полубоги будут использовать ее дитя из-за ее дара, дара плодородия. То, что Алира родилась от крови Венеры, означало, что она будет способна рожать детей куда легче, чем другие полубогини. За столь редкую способность полубоги собирались относиться к ней иначе, чем к другим, унижать ее, пользоваться ее плодовитостью. Дочери Венеры не было уготовано нормальной жизни, ведь потом война достигнет своего апогея, и демоны убьют всех в Алзоре.

Наблюдать за несчастной судьбой единственной дочери было самым страшным, что могла представить себе Венера. Это было несправедливо. Должно быть, так магия самого мира, Фалтора, наказывала ее за рождение ребенка от демона. Это разбило богине сердце.

Венера отвергла пророчество, ибо для любого из существ оно было слишком уж безжалостным.

Она не знала, зачем попросила Мойр показать ей их видение, если у нее и без того было плохое предчувствие. Богиня понимала, что все увиденное ею — правда. Что-то было не так, когда Алира рождалась на свет, словно сам космос вздрогнул и обратил на нее свой взор. Волосы у девочки так сияли серебром, что напоминали звезды, а глаза были такого прекрасного оттенка фиолетового, что оливковая кожа светилась. Она была больше похожа на одну из богинь, чем на полубога или демона. В ней одновременно таились и благословение, и проклятие.

Сердце Венеры наполнилось печалью.

Сколько бы она не упрашивала Мойр показать ей другую судьбу дочери, все они сводились к одному. Алира погибала в руках демонов.

Снова и снова.

Венера умоляла Мойр сказать, есть ли способ это изменить.

— Богиня Любви, не пытайся спорить с судьбой. Это опасно и не послужит твоим целям так, как ты на то надеешься, — предупредили ее провидицы, говоря хором. Их жуткие голоса эхом отдавались от стен пещеры.

Живот Венеры скрутило от чувства вины, но она все же сказала:

— Я готова на все, лишь бы избавить ее от такой участи.

Посмотрев на богиню, Мойры разочарованно покачали головами.